Шрифт:
— Я переключила телефон на город, как вы просили.
Морейн одобрительно кивнул и накрыл десятку Дункана:
— Это тебе в помощь, Фил. Ставки растут.
Он раскрыл другую карту и положил ее на свою девятку.
— Всего лишь семерка, — проворчал прокурор. — У тебя по-прежнему пара девяток?
— Ясное дело, — подтвердил Морейн. — Не поставить ли нам еще по одной синей?
Дункан оценил свою игру и двинул синюю фишку, одновременно жалуясь:
Терпеть не могу, когда ты измываешься надо мной, Сэм.
Натали Раис тихо прикрыла дверь.
Глава 8
Со своих пяти долларов Фил Дункан уже опустился до шестидесяти центов, когда кто-то нетерпеливо задергал дверь, соединявшую кабинет Морейна с коридором.
— Это, наверное, Барни Морден, — предположил Дункан.
Морейн отодвинул стул и направился к двери.
— Давай-ка кончим эту партию, — предложил он. — Мы можем возобновить ее втроем и, если повезет, запустим в оборот денежки Барни.
Прокурор не возражал.
Морейн открыл дверь, впустив потирающего руки Барни Мордена.
— Черт побери! Ну и холодрыга.
— Входите, входите, Барни, — пригласил Сэм Морейн. — Нам как раз нужен держатель капиталов.
Барни настороженно принюхался:
— От кого это несет коньяком?
— От обоих, — ответил Фил Дункан. — Бутылка на последней полке справа.
— Вы не уважаете частную собственность, — поддел их Морейн.
— Да ладно уж, зато хорошо платим, — усмехнулся Барни, доставая коньяк. — Как-нибудь на днях выпишу вам доверенность на получение моей зарплаты.
Он налил себе рюмку. Дункан, внимательно наблюдавший за ним, ждал, когда тот поднимет глаза.
— Что нового? — спросил он. Морден отрицательно мотнул головой.
— Поступили материалы от федеральных агентов?
— Да, но узнать ничего не удалось. Выпив коньяк, Барни бросил Морейну:
— Вы в курсе, что они сидят у вас на хвосте?
— Фил сказал мне. Я возгордился этим.
Так случается со всеми, кто сует нос в криминальные дела, — нравоучительным тоном произнес Барни. — Думаю, они смылись, как только увидели, что пришел окружной прокурор. Я, во всяком случае, никого при входе не заметил, но то, что слежка есть, это точно. Вы, однако, не беспокойтесь, мы здесь останемся за компанию.
— Вам что, налогоплательщики уже перестали выделять помещение? — сыронизировал Морейн.
Дункана все это явно раздражало. Барни Морден, наоборот, решил блеснуть остроумием:
— А что, нам и здесь неплохо. Кстати, вы ведь тоже налогоплательщик.
— Отличная мысль, Морден! И, как налогоплательщик, я требую компенсации. Я плачу налоги государству, оно выдает вам из них зарплату. Вы же возвращаете мне деньжата в виде выигрыша в покер, поскольку я одновременно и налоги плачу, и предоставляю вам помещение.
— Ну насчет выигрыша мы еще посмотрим, — бросил вызов Морден. — Когда-нибудь фортуна сменит своего любимчика. Я спокойно воспринимаю ваши успехи, когда игра действительно идет. Но меня раздражают ситуации, в которых вы вынуждаете нас проигрывать, хотя наши карты лучше, а вы взвинчиваете ставки, блефуя.
— Рецепт прост, — невозмутимо парировал Морейн. — Когда я поднимаю ставки, вы раскрываете свою игру, и наоборот.
Губы Мордена тронула улыбка, но глаза жестко сверкнули.
Фил Дункан поднялся с места и стал вышагивать по кабинету.
— Барни, со сколькими лицами, фигурирующими в списке, ты вступил в контакт?
— Всего с одним — любовником.
— Ты имеешь в виду…
— Нет-нет, другого.
— Тебе не удалось повидать остальных?
— Я не смог их найти. Не знаю, где они обретаются.
Морейн протянул перетасованную колоду Барни Мордену:
— Снимите, Барни, и загадайте желание.
— Подожди, Сэм, — прервал его окружной прокурор. — Я хотел бы поговорить с тобой до того, как мы начнем играть.
— Готов тебя выслушать.
— Каков характер твоих отношений с Энн Хартвелл?
— Ты прекрасно об этом знаешь.
— Не крути, Сэм. Если ты попал в переплет, то выкладывай все начистоту, и тогда посмотрим, что можно для тебя сделать. Дело становится серьезным.
— В чем?
— Оно никоим образом не устраивает федеральных агентов.
— Я увидел эту женщину впервые вчера вечером, — заявил Морейн. — После этого встретил ее при посещении дома Бендер.
Тон Мордена утратил всякую шутливость, когда он склонился к Морейну: