– Маш!

Он входит и прикрывает за собой дверь.

– Маш, я только что разговаривал с Петровичем и я рад, очень рад, что ты вернулась.

Дорохина в гостиной уписывается кипятком. Я тоже отворачиваюсь и не могу удержаться, чтобы не захихикать. Мнусь на месте, не зная, что и сказать и потихоньку продвигаюсь к гостиной.

– Сергей, э-з-э... Ну… Может, хотя бы, поздороваемся.

Светка вскакивает с дивана:

– Добрый вечер!

Пригожин не обращая внимания на приветствие, бормочет мне:

– Мы вообще-то виделись сегодня.

Это он со мной виделся, а со Светкой? С ней что, здороваться не надо? Пригожин идет к Дорохиной и вид у него совершенно неадекватный:

– Я поэтому… Ради бога, пожалуйста, извините, у меня такая радость. У меня такое ощущение, будто наши чемпионат мира выиграли. Ей-богу!

Светлана садится назад на диван, и начинает грызть виноград. А я судорожно думаю, о чем же с Пригожиным говорить. Ну, по крайней мере, нужно извиниться.

– Сергей. Я хотела тебе сказать, чтоб ты знал, я, когда утром собирала вещи, я, может быть, наговорила чего-нибудь лишнего…

– Маш, да я тебя умоляю, господи, главное, что уже никто никуда не уходит.

Сергей подсаживается к Дорохиной на диван, видно, что эмоции его переполняют. Вот как человек за меня радуется! Руками машет…. Пытаюсь объясниться:

– Просто мне в какой-то момент очень стало жалко Петровича, он так просил…

– Конечно, Петрович просил. Федотов понял, что он промахнулся. Он не то, что просил, понимаете, он готов был ноги целовать. Хотя, знаешь, честно говоря, в тот момент я тоже поверил, что ты все с концами…..

Он вопросительно на меня смотрит:

– Девчонки, родина нам не простит, если мы это не отметим. А? По чуть-чуть?

Я мнусь. Поздно уже, но Серега так радуется…. Он так переживал…

– Ну, я даже не знаю. Ну, в принципе, можно, было бы там…, м-м-м…, по бутылочке пивка.

Дорохина стучит пальцем по виску и делает мне гримасы. Я неуверенно тяну:

– Или вискарика. Свет, ты как?

– Ну, я…

Пригожин встает:

– Света, подождите, пожалуйста. А… Маш, я хотел тебе кое-что сказать.

Он стоит передо мной, и смотрят прямо в глаза… Что? Что он мне скажет? Сердце вдруг убыстряет свой стук. Вижу, как Светка хватается за мобильник и начинает в него говорить:

– Алло, алло, привет… Ага… Нет, Маша подойти не может, у нее гости, м-м-м… А что, вы уже на месте? А, ну все, мы летим.

Выключает мобильник и сообщает нам с Пригожиным:

– Девочки уже в кабаке. Все заказали и ждут нас.

Я молчу. Не знаю я никаких девочек. Это все Светкин креатив. Сергей интересуется:

– Вы куда-то спешили?

– У нас просто девичник там, а девчонки все переиграли и уже ждут нас.

Я молчу, меня разъедает любопытство. Что же Сергей мне хотел сказать?

– Я понял, ну что ж извините еще раз, что я вклинился в ваши планы. Поэтому…

Я вдруг словно просыпаюсь, и у меня неожиданно вырывается:

– Может быть хотя бы чаю...

Делаю какой-то немыслимый пируэт руками и смотрю на Светку:

– У нас же есть минут десять?

Дорохина таращит на меня удивленные глаза. Сергей отнекивается:

– Ни-ни-ни. Ничего не нужно, я еще раз поздравляю.

Он вдруг наклоняется ко мне и звонко чмокает в щеку. Первая мысль - у него такие мягкие губы. Вторая ошарашивающая - меня поцеловал мужчина! Уже второй раз! Дорохина улыбается, глядя на нас, а я стою в полной прострации, опустив руки. Сергей идет к выходу и от дверей прощается:

– Поздравляю… Вам удачно все отметить.

Светка тоже не молчит:

– Да, мы постараемся.

– Третий тост за мной!

– Договорились.

– Пока.

Я смотрю, как за Пригожиным закрывается дверь. Дорохина вдруг сзади берет меня за локоть и разворачивает к себе.

– Ты что, обалдела?! Ну, что ты творишь, какое пиво? Какой виски?

Наконец ко мне возвращается речь, и я формулирую мысль, которая стучит в моем мозгу последние две минуты:

– Свет, ты, кажется, была права.

– Что?

– Он в меня втрескался!

Я смеюсь. И Светка смеется. Смеюсь и никак не пойму, почему у меня это известие вызывает такой щенячий восторг.