– Милорд, наш дом уже открыт для визитов? Всю неделю нет отбоя от знакомых принцессы Алесандры.

Колин нахмурился.

– Хочешь сказать, что эти негодяи разбили лагерь у моего порога?

Фланнеган попытался смягчить вспышку гнева своего господина.

– Слухи, что в нашем доме находится прекрасная принцесса, охватили весь город.

– Дьявольщина!

– Уверяю вас, милорд.

– Наш дом будет закрыт для визитов вплоть до семейного совета, – объявил Колин и с улыбкой продолжил:

– Похоже, ты возмущен поклонниками Алесандры не меньше. К чему бы это, Фланнеган?

Слуга не скрывал своих чувств:

– Я и правда возмущен. Она наша гостья, Колин, – выпалил он, снова возвращаясь к своим обычным взаимоотношениям, когда они называли друг друга по именам. – И наш долг – отогнать этих пиявок от нее!

Колин кивнул в знак согласия. Фланнеган продолжал выкладывать все, что накопилось за время болезни хозяина:

– А как мне поступить с доверенным лицом ее отца по бизнесу? Дрейсон каждый божий день посылает записки с просьбой о встрече. У него бумаги ей на подпись, – добавил он. – Но в одной из записок, которую мне посчастливилось прочесть через плечо принцессы Алесандры, Дрейсон, кроме всего прочего, говорит, что у него есть неутешительные новости для принцессы.

Лицо Колина приняло озабоченное выражение.

– И как Алесандра восприняла его записку?

– Она совсем не расстроилась, – ответил Фланнеган. – А я не удержался от вопроса. Я поинтересовался, почему это ее нисколько не взволновало. Она ответила совершенно непонятно, что тревоги Дрейсона, вероятно, касаются падения ценных бумаг на рынке.

– Она говорила о финансовых убытках, – объяснил Колин. – Пошли записку Дрейсону с сообщением, что он приглашен в дом моего отца, где его будет ждать Алесандра. Назначь время на три часа, Фланнеган. К тому времени мы управимся с семейными делами. Слуга не уходил.

– Еще что-нибудь?

– Принцесса Алесандра не останется в нашем доме? – спросил Фланнеган с нескрываемой тревогой в голосе.

– Скорее всего, она переедет к моим родителям.

– Но, милорд…

– Мой отец ее опекун, Фланнеган.

– Так-то оно так, – произнес дворецкий с глубокомысленным видом, – но только вы больше подходите для того, чтобы охранять ее. Прошу прощения за прямоту, но ваш батюшка уже почтенных лет, а ваш брат обременен семьей, о которой ему нужно заботиться. Остаетесь только вы, милорд. Я действительно буду очень огорчен, если что-нибудь случится с нашей принцессой.

– С ней ничего не случится.

Убежденность в голосе хозяина несколько успокоила Фланнегана. Наконец-то Колин уяснил свою роль по отношению к прекрасной принцессе, не без его, Фланнегана, помощи, разумеется. Хозяин был собственником по натуре, упрямым и чуть-чуть бестолковым, по мнению Фланнегана, поскольку до сих пор не мог понять одной простой вещи: они с принцессой Алесандрой созданы друг для друга.

Колин вновь углубился в бумаги. Фланнеган деликатно кашлянул, давая понять, что он еще не закончил надоедать своему господину.

– Ну что еще, Фланнеган?

– Я просто вспомнил… ну, тот случай перед зданием оперы…

Колин оторвался от документов.

– Ну? – подтолкнул он.

– Ее это потрясло. Она ничего не говорит, но я знаю, что принцесса все еще не оправилась от этого, происшествия. Она до сих пор винит себя за рану Реймонда.

– Это же смешно!

Фланнеган был, по-видимому, другого мнения.

– Принцесса все еще извиняется перед своим телохранителем, и сегодня утром, когда Алесандра спустилась вниз, я понял по ее покрасневшим глазкам, что она плакала. Думаю, вам необходимо поговорить с ней, милорд. Принцессам не пристало ронять слезы.

Фланнеган говорил, как будто всю жизнь имел дело с принцессами. Колин с нетерпением кивнул.

– Хорошо, позже я поговорю с ней. А теперь оставь меня. В первый раз за несколько месяцев я уже близок к завершению своих дел и сегодня хочу наконец подвести итоги. Не желаю, чтобы меня отвлекали до обеда.

Фланнеган не обиделся на резкость своего господина. Теперь Колин был в курсе всех дел, что имело немаловажное значение.

Весь остаток дня радостное настроение дворецкого подвергалось суровым испытаниям. Большую часть времени он провел у парадных дверей, отбиваясь от непрошеных визитеров. Это было чертовски хлопотно!

В семь часов вечера к порогу их дома подкатил экипаж сэра Ричардса. Глава секретной службы Англии потребовал, чтобы его впустили.

Фланнеган препроводил высокого гостя наверх в кабинет хозяина. Седеющий джентльмен с исключительно благородной внешностью, на которую нельзя было не обратить внимания, подождал, пока дворецкий оставит их, прежде чем обратиться к Колину.

– Выглядишь из рук вон, – объявил он. – Я приехал справиться о твоем самочувствии, а также поблагодарить за прекрасно выполненную работу. Репутация Уэллингэма изрядно подмочена. Ты блестяще с этим справился.