— Ддда!

— А если поспрашиваю у твоих однопартийцев?

— Ну может и не мои дети, а её, но они во мне души не чают! Отпустите меня пожалуйста!

— То есть наврал сука?

Клюев взвыл и замотал головой.

— Нет, всю, всю правду скажу! Только не отдавай нас извергу этому!

Букашкин сидел рядом и просто поскуливал, смотря куда-то сквозь меня. Да потеря уха ему на пользу не пошла, кукуха поехала похоже или болевой шок?

— Ну давай, рассказывай.

— Нас, вот меня с ним! Крест подбил народное восстание поднять и обещал, что всё закончится!

— Максим Алексеич, дай я ему память освежу, мне другое пел.

— Не, не, не надо! Я всё вспомнил! Мы, мы сами на Креста вышли через прапора. Договорились что если скинем власть, то он нас возвысит, даст денег, власти, всё что не попросим. Мы не хотелииии.

— Хотели, хотели. А теперь расскажи родной кто еще в вашей схеме замешан, два идиота всяко не могли сами всё провернуть.

И гражданин запел, рассказал еще о десятке человек, которых генерал на последнем заседании от власти отстранил, и о том, как они сектора города поделили, о том, как лодку раскачивали, как солдатам взятки давали что бы они в той же галерее Чижова рот на замке держали о их выступлениях. Оказалось, что под носом готовился бунт в течение двух месяцев, а мы были так заняты спасением города что ни чего и не заметили.

— Иван Фёдорович, полей водичкой граждан и закрывай на ночь, через пару часов новых узников привезут из названных, мне нужны явки, пароли, всё что они знают. В идеале местоположение Креста.

Ночь была неспокойная, со стороны юго-западного района войска Креста постоянно пытались прорвать нашу оборону, но вовремя перекинутые минометные расчёты обрекли их на провал. К утру я уже знал всё что нужно, где встречались с информатором, как подавали сигнал, оказалось, что один из членов сепаратистской ячейки даже лично был знаком с Крестом.

После бессонной ночи я вышел на улицу, сел в УАЗ и поехал на набережную, забрал Вахита Османовича, после чего мы направились в конструкторское бюро. Забрали магнитофоны и пересели на два грузовика, ему один, а мне другой. Дядя Петя шустро смонтировал мегафоны прикрепив их на переднем пассажирском сидении, а орало высунули в окно. Было удобно включать рядом стоящий магнитофон, запитанный об обычного авто аккумулятора и передавать звук через мегафон на всю округу. Вахита предупредил заранее о предстоящем, он отнесся с пониманием, особенно после того, как узнал подробности допроса.

Приехали к театру оперы и балета, вызвал Ивана Федоровича по рации и в сопровождении солдат он извлек пленников на свет Божий. Всего одиннадцать человек, двенадцатый знал Креста и остался в казематах.

— Приветствую вас пленники Азкобана! Смотрите денек какой! Солнышко! Как насчет прогулки?

Пленники замялись, что-то им не нравилось в моем голосе.

— А чего вы? Бег продляет жизнь! А на солнышке таком погреться после подвалов холодных, только в радость вам будет, да? Солдатики, в кузове веревки, давайте к одному грузовику за руки вяжите пять человек, а к другому шесть. Покрепче вяжите, чтоб не вырвались. И мы прогуляемся, да ребята? Прогуляемся и мы вас освободим. Как вам такое предложение?

Пленники закивали гривами соглашаясь, мысль о свободе после ночи пыток казалась им подарком небес.

— Ну вот и славно. Вахит Османович, по коням, и запись включи.

Мы сели в грузовики, и они утробно заурчали, обдав чёрным дымом идущих сзади королей жизни. Побитых, окровавленных, но всё же королей, пусть и бывших. Вахит поехал в Северный, а я за собой оставил центр города. Легкая прогулка, пять километров в час, что бы размяли ноги, спустя минут я немного прибавил, десять километров в час. Пленники шли, толкались, спотыкаясь периодически.

— Как вам прогулочка родные? Давайте музычку поставлю.

Я включил магнитофон и из мегафона послышался мой скрипучий голос «Уважаемые жители города, любой кто осмелится поднять руку на представителей силовых структур, будет на месте уничтожен. Меня зовут Максим Алексеевич Черепанов, теперь я руковожу городом, и я не позволю никому из моих людей погибнуть из-за вашей трусости. А теперь посмотрите на кровавые полосы за моим грузовиком и поймите, что на месте этих предателей можете быть вы и кровь будет уже вашей.»

— Бегите господа! Бегите! Чем дольше вы остаетесь на ногах, тем дольше проживете, как я и говорил ранее!

На этих словах короли немного остолбенели, а мне надоело ломать комедию, и я прибавил газа. Двадцать километров в час, трое свалились и их потащило по асфальту кидая из стороны в сторону, истошные крики разносились по еще сонному городу. Двадцать пять километров в час и на ногах остался только худосочный хлыщ, несущийся сломя голову за машиной, поворот! И его кинуло как тряпичную куклу вправо неслабо приложив об асфальт.