Зажмуриваюсь, глаза тру.

Мы с Матвеем часто не предохранялись, но нам всегда сопутствовала удача. С моими болями, с моей слабой половой системой беременность была под большим вопросом в принципе. Мама всегда говорила, что я хиленькая.

– Юль, у тебя всё хорошо? – голос мамы заставляет вздрогнуть. Следом слышится стук в дверь.

Быстро вытираю глаза, высмаркиваюсь в салфетки. Поднимаюсь на ноги.

– Да–да! Выхожу уже, – отзываюсь. Тест прячу под майку и торопливо иду к себе в комнату.

Вот и лекарство от регулярных болей. Матвей, как обычно, обо мне заботится. Нервно посмеиваюсь.

Запихиваю тесты во внутренний карман сумочки и остаток дня к ним не притрагиваюсь. Отмечаю с родителями свое возвращение. Мы смотрим фотографии, я рассказываю новости. Про тетю Алёну, про прогулки, и про наши с ней простые приключения. Стараюсь не думать ни о чем. Врать родителям не умею, всё кажется, что заметят. Но нет, они оба в прекрасном настроении. Уверены, что мы с Матвеем расстались. Это ведь и правда необычно — я полдня, как приехала, а он не нарисовался. Давно бы уже тут сидел или у подъезда круги наматывал. Такие вот новости.

Ночью маюсь. То жарко мне, то холодно. Ранним утром заглядываю в сумочку и понимаю, что за ночь полоски никуда не делись. А ума в голове, увы, не прибавилось, как и планов на будущее.

Мне восемнадцать лет. Я поцеловалась с одним парнем, а потом в ночном клубе переспала с другим. Была пьяной и испытала сильнейшее удовольствие. Теперь я беременна. Отец ребенка кинул меня в бан. И я понятия не имею, что делать.

А ведь еще недавно я думала, что подвела родителей, поцарапав машину.

Глава 29

С Матвеем мы пересекаемся этим же вечером. Я узнаю в социальной сети, что Захар находится в спорт–клубе, и предполагаю, что Матвей где–то там, рядом. Собираюсь, одеваюсь, настраиваюсь.

Страшно, конечно. У Захара в историях ролики, как Матвей грушу долбит. Жуткое зрелище. Я чувствую страх, а хотелось бы, конечно, другие эмоции.

Да и... что уж тут говорить. Я и раньше–то, когда у нас Матвеем любовь была безумная, в этой качалке бывала от силы пару раз. А теперь тем более страшно заходить в обитель враждебно–настроенных мужиков.

Этот год получается невыносимым. Нестерпимым. И бесконечным. Но деваться некуда.

По лестнице в подъезде спускаюсь и веду с собой мысленный диалог. Зайду в эту качалку, подойду к Матвею. Или, если его не будет, спрошу у кого–нибудь: «Привет! Мне нужен Матвей Адомайтис. Он сегодня здесь?»

И всё. Если судьба, он там. Если нет, поеду к нему домой, посижу с бабушкой.

А когда мы увидимся, я скажу: «Привет! Матвей, нам поговорить нужно». А дальше... всё что угодно случиться может.

Вдруг он меня обнимет? Губу прикусываю. После того, что было, шансы маленькие. Но это было бы хорошо. Просто идеально.

Когда он рядом, очень легко истерить и рыдать. А когда его нет, когда сама на себя рассчитываешь, всё видится иначе.

Такси не вызываю, решив прогуляться пешком. Тут не так далеко в общем–то, и погода хорошая. До сих пор снег не выпал, бывает же.

Бояться нужно своих желаний. Едва я делаю несколько шагов по пешеходной дорожке, как спотыкаюсь и чуть не падаю! Потому что вижу Матвея. Он совсем близко, идет быстрым шагом в мою сторону. Я готовилась к этой встрече морально, диалоги внутри прокручивала. Но отчего–то именно сейчас теряюсь.

Всё сразу идет не по плану! Я сама должна была к нему приехать! Сделать первый шаг, начать разговор. Так было бы правильно. Я думаю.

Глаза округляю и замираю в нерешительности. Он... как–то почувствовал? Что я вернулась. Что у нас с ним... такие пикантные неприятности. Матвей подходит совсем близко, останавливается в метре.

– Привет, – говорю я первой. Хоть тут лидирую.

Пялюсь на него снизу вверх. Жадно. Две недели не виделись — это новый абсолютный рекорд. Кажется, я домой вернулась после долгих лет странствий. От восторга сердечная мышца сжимается.

– Привет, – отвечает он.

Высокий, красивый. Серьезный. Синяки на лице почти зажили. Подстрижен коротко–коротко, без шапки. Чужой и близкий одновременно. Смотрит на меня и слегка улыбается.

– Как дела? – спрашиваю.

Представляешь, я беременна. Что будем делать?

Смотрю на него.

– Отлично. Мимо проезжал, решил на тебя посмотреть. Люба сказала, что ты вернулась.

– На чем проезжал?

– На мустанге, – он кивает на парковку. – Хорошо выглядишь.