– От погони мы оторвались, у нас была фора в пять минут, этого хватило, чтоб вывести тебя за пределы отеля. Но у самого выхода ты поскользнулась и, падая, ударилась головой о перила.

Я слушаю Макса в пол уха и ловлю себя на мысли о том, что даже с моей буйной паранойей предвидеть такое развитие событий - выше моих способностей. Сознание лихорадочным образом пытается вживить в себя мысль о том, что тот, кого я горько оплакивала больше пятнадцати лет назад - жив и сейчас, прямо в эту минуту, сидит на моей кровати. Но кто скажет, насколько тесно и надолго переплелись наши судьбы?

– А ты знаешь, ничего не изменилось, - вдруг слышу я насмешливый и слегка хриплый полушепот Макса, - ты все так же витаешь в облаках.

– Мысли путаются, Макс. Наверное, у меня сотрясение. Я немного помню из того, что было.

– Ты пока полежи, тебе лучше отдыхать. У нас есть время.

Макс поправляет легкое одеяло, которым я укрыта и сам ложится рядом. То ли ощущение неожиданной близости Макса на меня так завораживающе действует, то ли накатывает очередная волна слабости, но я чувствую, что мои веки тяжелеют и я снова проваливаюсь в сон, уткнувшись в его плечо.

Когда я просыпаюсь, уже полдень - ровно столько показывают часы на тумбочке возле моей кровати. Голова еще побаливает, но я чувствую себя уже лучше, чем ночью, когда пришла в себя.

В залитой солнцем спальне кроме меня никого нет, но я отчетливо слышу звяканье какой -то кухонной утвари. Поблуждав взглядом по комнате, вижу светлую рубашку, брошенную на кресле и решаю ее надеть. После вчерашних приключений мне хочется как можно быстрее избавиться от, надоевшего мне до самых чертиков, вечернего платья.

Беру рубашку в руки и безошибочно определяю, что она принадлежит Максу. Его аромат

– это то, что я отчетливо помнила все эти годы и какое же это блаженство, снова окунуться в такой родной и любимый запах.

Стоп, Лада, ты ведь совсем не знаешь, чем он сейчас занимается и с кем живет. Может у него есть семья, дети или его где-то ждет любимая девушка? Признай, что слишком часто тебе приходится слышать, что ты витаешь в облаках. Пора возвращаться к реальности. Ты всего лишь стукнулась головой, а не потеряла остатки способности разумно мыслить.

На всякий случай беру с собой клатч со смартфоном и стараясь не шуметь, я босиком, в одной только рубашке Макса крадусь по прохладной плитке в сторону кухни. И застываю, как вкопанная в дверях, пытаясь осознать то, что вижу.

Если кто-то и не изменился за эти пятнадцать лет, то это - Макс. Вернее, нет, он стал еще более поджарым и чертовски привлекательным. Трехдневная щетина ему всегда шла, про себя отмечаю я. В серой обтягивающей майке и светло -голубых джинсах, слегка взъерошенный, Макс что-то готовит на плите. Ну просто картинка из телерекламы, которой ни за что не поверишь, но все равно послушно купишь то, что рекламируют.

– Проснулась?
– Макс оборачивается в мою сторону и радостно улыбается.

Только сейчас до меня доходит, что со вчерашнего утра я ничегошеньки не ела. Если я каким-то чудом уцелела в непонятной погоне, то перспектива преставиться от голода меня совсем не прельщает. В эту минуту я согласна умереть только от гастрономического оргазма.

Говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. Путей к сердцу женщины -очень много, но один из них явно пролегает через умение мужчины готовить и угощать свою женщину. Я ловлю себя на мысли о том, что могу бесконечно смотреть на то, как Макс выкладывает завтрак на тарелки.

Видимо, у меня настолько ошалелый вид, что Макс перехватывает мой взгляд и молча усмехается.

Яичница с ломтиками бекона и зеленью, горячие тосты, нарезанные апельсины и кофе с молоком - восхитительный завтрак, если не учитывать контекста ситуации, в которой мы оказались. Я принимаюсь за яичницу и только тут понимаю, насколько зверски я голодна.

– Как ты, голова еще сильно болит?
– заботливо интересуется Макс, смотря мне прямо в глаза. Я не могу отвечать с набитым ртом, так что ему придется подождать, пока я прожую слишком большой кусок.

– Лада, на этой кухне нет тех, кто за нами гоняется и у тебя точно есть время неспеша позавтракать.

И вот он, снова этот насмешливый и самоуверенный тон, в котором хочется полностью забыться, раствориться и больше никогда не возвращаться в суровую реальность. В ту самую реальность, где убивают бывших мужей, дамы в вечерних платьях носятся по техническим коридорам и получают сотрясение мозга, а маньяки и шизофреники всех мастей шлют пачками по электронной почте письма с угрозами.

Но даже, когда за нами гонится непонятно кто, Макс умудряется сохранять эту чертову уверенность - от него просто физически исходит аура защищенности и спокойствия.