Вопросов и предположений хренова туча, вот только ответов ни единого. 

Не заходит, начальство не приветствует, мышью шуршит в приёмной. Вызываю к себе, хочу сообщить, что сегодня она отправится встречать мою жену, но заметил папку в её руках, и в голове что-то щёлкает.

С отчётом всё было отлично, вот только это не спасло Коваль, она с полными обидой глазами отправилась переделывать отчёт и готовить мне кофе, которого за ночь я выпил больше четырёх чашек.

Когда она мне отчёт протянула, специально не стал принимать его. С меня вчерашнего прикосновения с её кожей хватило, пальцы всё ещё чувствуют прохладу её рук.

Последующие два часа погружаюсь в работу, впереди собрание директоров. Обсудить предстоит многое, и займёт это немало времени.

Телефон издаёт сигнал оповещения, взяв его в руки, увидел напоминание встретить Милену, и вспомнив, что так и не предупредил Коваль, тянусь к селектору, чтобы позвать помощницу, задевая недопитый кофе, расплёскиваю его по столу.

Брызги тёмно-коричневого напитка кляксами попадают на рукава белоснежной рубашки. Подрываюсь с места, первым делом убираю важные документы со стола, затем снимаю испачкавшуюся одежду, и мысленно благодарю отчима за находчивость - повесил в шкаф несколько моих рубашек и пару запасных костюмов.

В момент, когда собираюсь облачиться в чистое, останавливаюсь, смотрю на дверь кабинета и с усмешкой на губах, делаю шаг в сторону стола, нажимаю кнопку селектора, зову помощницу.

В меня словно демон вселился, он жаждет каплю крови Коваль. И не один он…, я тоже этого желаю, даже больше.

Как только переступает порог кабинета и видит меня с обнажённым торсом, сразу отводив взгляд в сторону, но успеваю увидеть в её глазах вспыхнувший огонь. В голове закрадываются некоторые мысли, которые подтверждаются с каждой секундой пребывания в кабинете девушки.

«Неужели твой муженёк настолько плох в постели, что ты увидев полуголого мужика, готова накинуться на него голодной львицей?». Хочется задать ей именно этот вопрос, но я молчу, и перехожу к сути её здесь появления.

 Даю распоряжения и замечаю странность в поведении девушки.

Застыла. Побледнела. Огонь в глазах потух.

– Вам что-то не понятно, Ульяна Алексеевна? – задаю вопрос, внимательно наблюдаю за её поведением.

Что же тебя так напугало в моей просьбе?

– Нет, все понятно, я могу идти? – голос её дрожит, словно она готова разрыдаться.

– Идите, - отвечаю на её вопрос.

Она еле сдерживает себя, чтобы не вылететь пулей, шагает с прямой спиной тот метр, на который она углубилась в кабинет.

– Шшшш, - цежу сквозь зубы, поправляю ткань брюк в районе ширинки.

Четыре года прошло, но я прекрасно помню её стоны, это единственное, что звучало по-настоящему с её губ. Всё остальное ложь!

Чтобы скрыть вызванную этой сукой похоть, приходится принимать холодный душ и после отправляться на собрание.

Три часа плодотворного общения с директорами, решение пару важных для компании вопросов, и я покидаю переговорную, поднимаюсь пешком по лестнице два этажа.

– … Считай, что ты уволена! Овца криворукая! – до ушей доносится гневный крик Милены, который заставляет меня прибавить шаг.

– Извинтите, я не знаю, как так вышло, - растерянный голос моей помощницы, - я всё оплачу…

– Конечно оплатишь! – перебивает её Мила, - можешь ближайшие полгода не ждать зарплаты, - с ядом в голосе вещает моя жена.

Коваль не отвечает и, уже через секунду, тихо переступив порог приёмной, я вижу почему.

Бледная, испуганная, руки подрагивают, непонятного рода блеск в глазах, которые неотрывно смотрят на коричневое пятно, что огромным потёком расползлось по подолу белого платья моей жены.

– Что здесь происходит? – говорю ровным голосом.

Обе вздрагивают, и одновременно награждают меня испуганными взглядами.

– Милый! – первой оживает Мила, - твоя криворукая помощница решила отравить меня, а после вылила на меня эту отраву! – взвизгивает жена и за секунду оказывается рядом, виснет на моих плечах.

Отравой, как я понял оказалось кофе. И если оно именно-то, что я пил ночью и утром, то я понимаю возмущение моей жены. Гадость редкостная, но отравить явно не способная.

– Что с твоим платьем? – задаю вопрос, хочу понять, как именно Ульяна облила мою жену.

– Она опрокинула на меня эту гадость, - тычет пальчиком с длинным маникюром на пятно, - специально!

Слушаю Милу и перевожу взгляд на помощницу, хочу спросить с неё, «как так вышло?», но прикусываю язык, стоит только встретится с её взглядом. На дне её глаз отчётливо плескалось отчаяние, злость, растерянность, но главное… ревность? С чего бы вдруг?! Не поверив в увиденное, решил проверить.