Любит! Она меня ещё любит! А значит есть шанс всё вернуть, исправить все свои косяки, и быть рядом с любимой и растить вместе нашу кроху.

– Исчезни!

Но я не могу. Не могу бросить её одну, тем более в таком состоянии, и не хочу. Знаю, что ей нужно успокоится и прийти в себя, но боюсь, что исчезнет, заберёт дочь и исчезнет. Я не могу такого допустить.

Громкий всхлип, что выстрел в голову, рывком поддаюсь вперёд, ловлю содрогающееся тело, пленю, прижимаю к себе. Она извивается, рыдает.

– Отпусти! Не трогай! Отпусти! – кричит сквозь рыдания.

Крепко вжимаю её тело в своё, молчу, сжимая зубы. Я просто не знаю, что сказать. Что-то вроде: «Прости, что причинил тебе столько боли. Прости, что поверил в ложь твоей матери. Прости что так много страдала. Прости за все те поступки, которые я совершил. Прости меня, пожалуйста, если сможешь?». Глупо! Это всё не то!

Ещё с минуту она совершает попытки выбраться из моих рук, а после её тело стремительно расслабляется, она буквально виснет на моих руках. Её силы иссякли, захлестнувшие эмоции выжили её до дна, и только всхлипы продолжают срываться с её уст.

– Успокойся, прошу тебя, - шепчу я, и подхватываю её на руки, шагаю к дивану.

Она вздрагивает и прижимается ближе. Целую её в макушку, в ответ она тихо всхлипывает.

Укладываю её на диван и ложусь рядом, обнимая её со спины, она не сопротивляется, просто у неё нет сил на это, глажу по волосам и прижимаю её к себе ещё крепче. Так, вот так. Главное, чтобы она успокоилась, главное, чтобы не плакала.

– Зачем? Зачем ты вновь появился? Мне так больно…

И снова её слова, как удар под дых. Я не могу ей ответить, просто целую её в шею, в волосы. Она начинает дрожать, ещё сильнее. Я утыкаюсь носом в её голову, обнимаю как можно крепче, стараясь заглушить её дрожь. Постепенно её дыхание успокаивается, и становится медленным, и я понимаю, что Уля заснула, в моих руках, как четыре года назад.

– Я всё исправлю, - шепчу на грани слышимости, - всё исправлю. 

глава20

УЛЬЯНА

Жарко, тесно, непривычно, но…, что-то далеко забытое, такое, от чего сердце щемит. И это ощущение пробирается сквозь сон. Не открывая глаз, я понимаю, рядом кто-то есть, потому как чувствую тяжесть чей-то руки, что крепко прижимает меня за талию, к горячему, твёрдому телу.

Клим! Воспоминания вихрем врываются в сознание, вспоминаю всё, что произошло. Вытянув свою руку из-под тяжёлой руки мужчины, скинула конечность Клима с себя, я резко села и огляделась. Темно! Вокруг и за окном, что находится напротив дивана, на котором мы оба уснули. В голове звенит тревожный колокольчик.

– Ева! – вскрикиваю, поняв, что моя маленькая дочка не известно где и с кем.

– Тише, с ней всё хорошо, она давно спит, - отвечает чуть хрипловатый голос Клима.

Я облегчённо выдыхаю, но тут же в голове мелькает мысль, «откуда он знает?»

 - Откуда ты знаешь, Клим? Где она? – озвучиваю вопрос вслух с дрожью в голосе, потому что мне становится страшно.

Страшно от появившейся мысли, что он мог забрать её.

Я вскакиваю с дивана, задеваю лежавшего мужчину коленом. В голове шумит, дыхание учащается, сердце стучит в груди. Я не могу понять, откуда Клим знает, где она и что делает? Он ведь не мог... «Нет, это невозможно» - думаю я, пытаясь унять дрожь, руками хватаюсь за голову, кручусь юлой, всматриваюсь в темноту в поисках двери.

– Где? Где моя девочка? Господи, ну зачем он появился?
– шепчу, понимая, что мне нужно домой.

Мне надо увидеть Еву. Мне нужно убедиться, что с ней все в порядке.

Скрип кожи, и мужчина встаёт с дивана, идёт в противоположную сторону от окна. Я тут же спешу вслед за ним, мысленно ругаю себя за несообразительность, но он останавливает меня.

– Стой на месте, я сейчас всё тебе объясню, - говорит Клим и пространство освещается ярким светом, что бьёт по глазам, зажмуриваюсь.

Стоит только рези пройти, открываю глаза, фокусируя взгляд перед собой, вижу Клима. Он стоит в паре шагов, и смотрит пристально сонными глазами. Он тоже спал? Отец моей дочери подходит ко мне, берёт за руку и ведёт обратно к дивану, усаживает меня и сам занимает место рядом.

Жду того, что собирается мне объяснить мужчина, нервно заламывая пальцы, но Клим не спешит начать разговор, просто смотрит на меня и молчит.

– Где она? – не выдерживаю, нарушаю тишину, заглядываю ев его глаза, хочу видеть их, когда он ответит на мой вопрос.

– Дома, с твоей подругой, - произносит Клим, - отец позвонил ей, попросил забрать её из садика, и присмотреть, - продолжает говорить, а меня отпускает, с моей доченькой Вика, а значит всё хорошо, и он не забрал её у меня.

Провожу рукой по волосам, убирая их за ухо, больше мне не нужны никакие объяснения. Медленно встаю, иду к двери, слышу, что Клим поднимается следом за мной.

– Уль, - стоит мне взяться за ручку двери, позади раздаётся голос Клима, - позволь мне её увидеть, - тихо звучит просьба, именно просьба, а не то приказное, «Я хочу её видеть», что я слышала от него при нашем разговоре днём.