Чувствую, как смотрит на меня, но не оборачиваюсь, и не отвечаю. Зависаю в своих мыслях. Мне нужно время. Очень много времени. Чтобы обдумать всё. Нажимаю на ручку, но дверь не открывается, и я вспоминаю, как Клим запирал её на ключ.

– Кли-им, - с заиканием протягиваю я, и поворачиваюсь к нему, - открой дверь, пожалуйста, - прошу его, и он, кивнув головой, делает два шага к двери.

 Затаив дыхание, наблюдаю, как он вставляет ключ в замочную скважину, и проворачивает его несколько раз. В тишине щелчки раздаются очень громко, Клим открывает дверь, и отходит на шаг назад, пропускает меня вперёд.

 Практически срываюсь с места, выхожу из кабинета, и окинув взглядом освещённую приёмную, замечаю свою сумку и верхнюю одежду. Подхожу к столу, беру манто накидываю её на плечи, и подхватив сумку, спишу на выход. Мужчина позади меня закрывает дверь на замок и идёт за мной.

В ожидании лифта стоим молча, Клим больше не повторяет свою просьбу, но я чувствую, что он ждёт моего ответа. Ещё совсем недавно я тихо мечтала о том, как Ева будет засыпать под сказку, которую ей читает родной отец. Мечтала о том…

Створки лифта разъехались в разные стороны, издав тихий звук. Зайдя первой, прижалась спиной к зеркальной стене, опустила глаза в пол, только бы не смотреть на отца Евы. Клим зашёл следом, нажал кнопку первого этажа, встал напротив меня, нас разделяло всего полметра.

– Пожалуйста Уль, дай её увидеть, - вновь озвучил свою просьбу.

Сглотнув появившейся ком в горле, подняла взгляд на Клима. То, что я увидела в его глазах, отдалось глухой болью в груди.

Я не готова была увидеть его таким: разбитым, подавленным. Смотря в его глаза, поняла, что не могу отказать, потому что он настоящий отец. Лифт остановился. Двери открылись, но Клим не сдвинулся с места.

– Она ещё совсем маленькая, она может испугаться…, - начала я, но Клим меня перебил.

– Я только взгляну на неё, обещаю не прикасаться к ней, я не заявлять с порога, что я её настоящий отец. Я обещаю Уля, обещаю не пугать нашу малышку, - скручивает моё нутро своими словами.

Обхожу мужчину, покидаю кабинку, иду по пустому холлу к выходу из здания.

– Ты только посмотришь на неё и всё, и после уйдёшь, - оборачиваюсь к Климу, он следует за мной в шаге от меня.

Он делает глубокий вдох, и только кивает.

До дома, где находиться наша с Евой предоставленная компанией квартира, мы добираемся пешком. От поездки на автомобиле Клима я отказалась, находится с ним в замкнутом пространстве очень тяжело. Его запах острыми иглами проникает глубоко в меня, заставляет вспоминать то, что было четыре года назад. Это причиняет боль.

Десять минут, и мы у двери квартиры, открыв замок своим ключом, переступаю порог, следом заходит Клим. Проходит пару секунд и к нам из кухни выходи Вика. Увидела меня она делает шаг вперёд, и тут же застывает, подняв взгляд выше моей головы, заметив, что я не одна.

– Добрый вечер, - произносит подруга и смотрит на меня вопросительно.

– Добрый, - отвечает ей Клим, а я показываю глазами, что всё потом после того, как гость покинет стены этого дома.

– Ева спит, - сообщает мне подруга то, что я и так уже знаю.

– Спасибо Вик, - благодарю девушку, стягивая с себя манто, и вешаю его в шкаф, что стоит в прихожей.

Клим повторяет мои действия, снимает своё пальто, и сам убирает его в гардероб. Одновременно разуваемся, за всем этим наблюдает Вика, подруга явно не была готова увидеть Клима посреди ночи у нас в квартире.

– Идём, - поворачиваю голову к мужчине.

 Клим напряжён, это заметно по его плечам, рукам и взгляду.

Пятнадцать шагов по прямой, и мы у двери комнаты Евы. Тяну трясущуюся руку к ручке двери, поворачиваю её и тихо открывая дверь, толкая её от себя. Делаю два шага в освещённую ночником комнату, застываю, смотрю на малышку. Клим стоит позади, возвышаясь надо мной своей огромной фигурой.

– Ева...
– прошептал он, увидев спящую малышку, что звёздочкой раскинув ручки и ножки, лежала в своей кровати.

Я сделала шаг в сторону, пропуская Клима вперёд. Он, не отрывая взгляда от дочери, направился к ней. Подойдя к детской кровати, медленно опустился на корточки, протянул раскрытую ладонь к малышке, явно намереваясь до коснуться до неё, но на полпути, сжал руку в кулак, опустил её на край постели.

– Красавица, - на грани слышимости произнёс мужчина, не отрывая взгляда от Евы.

Клим пошатнулся, и присел на пол, положив голову на согнутую в локте руку, что лежала на краю постели, рассматривал дочь. Он не дышал, словно боялся разбудить малышку.