Отлично! Здесь его блуждающие товарищи на нас точно не сагрятся.

Послушника мы разделали быстро, в два раза быстрее, чем стража. Магия довольно сильно пробивала пета, забирая у него по двадцать процентов полоски жизни за одну атаку, да только никто монаху не давал особо кастовать. Шпага, по ощущениям, хоть и снимала совсем немного здоровья, но зато довольно часто выдавала критические удары, издавая в такие моменты звонкие щелчки. И именно они прекрасно сбивали чтение заклинаний, отчего магу приходилось начинать колдовать заново. Ну а если критов долго не было, то выручал новый скилл Тузика на дезориентацию. После него бедняга вообще не соображал, что происходит, и беспомощно махал руками наобум, лишь изредка попадая кулаками по питомцу, нанося смехотворный урон.

Кроме пятидесяти монет, с этого индивида также ничего не упало, а опыта он дал чуть больше восьми сотен.

В общем, всех послушников мы разобрали, примерно, за полчаса. Из-за того, что они постоянно мигрировали и разбредались в разные стороны, нам легко удавалось выдергивать их по одиночке, не цепляя остальных. А вот сам скотный двор, точнее его постоянные жители расстроили. Уродливые коровы, свиньи и козы убивались всего за десяток ударов, и после своей смерти не давали вообще никакого опыта, или лута.

Дальше прохода не было. Вход в главное здание монастыря запирался тяжелыми металлическими дверьми, и я совершенно не понимал, как их можно открыть. Впрочем, решение нашлось само, когда я предположил, что необходимо добить весь оставшийся в живых скот. Едва последняя двухвостая свинья издала предсмертное хрюканье, как врата храма открылись и по ступенькам вниз пафосной походкой сошел здоровенный мужик в серой рясе:

Псарь монастыря Лэй Гуа. Ур.3 (босс)

И все бы ничего, если бы он не привел с собой двух крупных овчарок, каждая из которых имела по шесть ног и две головы:

Сторожевой пес монастыря. Ур.3 (элитный, усиленный)

Поскольку мы с Тузиком все еще находились на почтительном расстоянии от местного председателя колхоза, он на нас не агрился, а лишь задумчиво водил глазами по сторонам, ища нарушителя спокойствия. Псарь оказался азиатом, и чем-то напомнил хозяина Таверны с Самуя. Только у этого вся лысина была испещрена какими-то мелкими значками, навроде рун. Особое уважение внушал свернутый колечком кнут в его руке, ясно намекая, что получить таким по башке будет крайне неприятно.

Так… Ну и как его убивать? Сомневаюсь, что мы потянем сражение с ним лоб в лоб.

Я внимательно осмотрелся по сторонам, но никаких подсказок пока не нашел. Ворота за монахом закрылись, так что в моем распоряжении была только решетка с выходом обратно, и круглый пятачок площади. Маленькие загончики для скотины абсолютно не подходили для битвы, поскольку сильно ограничивали маневренность.

Попробовать разделить его и собак решеткой, как я поступил с первыми стражниками?

Аккуратно, по стеночке, вернулся назад и попытался покрутить механизм, но на этот раз лебедку будто заклинило. Кто бы сомневался! Кажется Леший упоминал, что в этом инстансе действуют свои законы, далекие от реальности Незримого мира. Монах, несомненно, уже десять раз должен был нас заметить, но упорно делает вид, что никого рядом нет.

— Ну что Тузик. — вздохнул я. — Тогда придется тебе проводить разведку боем.

Пет как-то чересчур жалобно на меня посмотрел и послушно потрусил в сторону лысого громилы.

Лэй Гуа оказался парнем немногословным и без разговоров вступил в бой с крысом, сразу натравив на него обеих собак. К моему удивлению, от одновременной атаки монстров здоровье Тузика пострадало не сильно — завышенные статы брали свое, но радоваться было рано. Псарь присоединился к ним и мощно огрел моего пета по спине кнутом, отчего его здоровье просело сразу на треть.

Э-э-э… Так дело не пойдет, мне столько за один раз не выхилить.

Я вынуждено использовал лечение питомца, и реакция мобов не заставила себя долго ждать: Лэй Гуа и одна из его спутниц резко передумали бить крыса и с ревом помчались ко мне, причем монах оказался довольно неповоротливым. Очевидно, что это обстоятельство стоило учитывать при выборе будущей тактики.

Зато его плетка оказалась очень быстрой…

— Кон ча га каэ! — взревел он и занес руку над головой.

— Сам ты конча! А-а-а!

Тяжелый кнут с громким щелчком опустился мне на спину и больше половины здоровья как корова языком слизала. От раздирающей тело боли я чуть не выплюнул собственный позвоночник и поспешил спрятаться за угол свинарника.

Мысли завертелись вихрем, в попытках создать будущий рисунок боя. Самая серьезная угроза — псарь, это очевидно; и он же самый медленный. Настолько медленный, что я могу попробовать его просто водить вокруг сарая и таким образом избегать самых опасных ударов. Но нужно при этом еще как-то успевать подлечивать Тузика, иначе хана.