— Поеду на метро.

— Ты хоть раз ездила на метро? Хотя бы знаешь, как оно выглядит?

— И что ты предлагаешь?! — Раздражение достигло критической точки, руки сжимали бокал до предела.

— Подожди немного, пусть всё уляжется. Купол уберут, тогда поедешь.

— Ты идиот? У нас чрезвычайное положение на два дня ввели, и это только официально.

— Ну ты что, сейчас потащишься?

— Да.

Я нервно схватила видеофон, встала из-за барной стойки и решительно направилась к выходу.

— Эрин! — услышала вслед недовольный возглас.

Не остановилась, не обернулась. Нажала кнопку вызова лифта. Нужно было подняться в номер, взять все наработки и уже с ними отправиться в больницу — хотелось поговорить с отцом. Ну, и не только.

Отель находился в центре столицы. Здесь же возле огромных маркетов слонялись сотни людей, в банках тянулись очереди, машины встревали в мёртвые пробки. Куда выехали все эти жители? Почему не отсиживаются дома? С другой стороны, я тоже не пережидаю режим ЧС, хотя по законам логики именно это и следовало бы делать.

Вчера мы с Ником без проблем смогли добраться из больницы до отеля на служебной машине. Сейчас садиться в автотранспорт было бы самоубийством. Я отправилась к подземному метро, но выяснилось, что и наземные, и подземные ветки перекрыты.

Действительно, откуда же пробки?

Пришлось топать пешком. Наушники в уши. Громкость на полную — до боли. Сумку с огрызками бумажек через плечо. Руки в карманы помятых спортивных штанов. Тяжёлое дыхание. Дёрганый шаг.

Всё хорошо.

Большая часть наработок хранилась в памяти видеофона, но некоторые вещи я писала от руки. Рефлекс ещё с колледжа. У меня никогда не было навороченных гаджетов, так что информацию я любила записывать на клочках бумажек. Потом это всё валялось по комнате, покрывалось слоем пыли и откапывалось только во время сессии.

Эх, дом…

Казалось, это было сотню лет назад.

Навигатор работал в фоновом режиме, периодически врываясь в музыкальные аккорды мерзким «вам направо», «вам налево», «идите прямо», «всем было бы лучше, если бы вы умерли». Ладно, последнего система не советовала, но эта мысль давно уже въелась в мозг.

К тому моменту, как я дошла до центральной больницы Эмира, ноги гудели и тряслись от усталости. И это у меня — привычной к долгим походам по рельсам от одного конца города до другого. Столица была совершенно других размеров: никогда прежде не могла представить, что в мире существуют такие огромные территории, населённые людьми.

Охрана пустила неохотно, только после тщательной проверки идентификационного чипа. У палаты Эвана сидела какая-то девушка — миниатюрная блондинка, прямо как героиня кассового фильма, куда актёров набирают лишь для того, чтобы они посветили лицом и фигурой. Эта была в форме медперсонала, что с одной стороны снимало кучу подозрений, с другой — добавляло новых.

С бешено колотящимся сердцем я зашла в палату. От звука щёлкнувшей двери Руперт испуганно дёрнулся в кресле, вываливаясь из дремоты.

— Ой, пап, прости, не знала, что ты тут, — шёпотом извинилась, поморщившись, когда дверь звучно поехала обратно.

— Эрин? Что ты тут… — Отец поморгал. — Так, пойдём.

— Чего?

Он поднялся, неохотно размял ноги, покрутил корпусом туда-сюда, расшевелил затёкшее тело.

— Пойдём, выйдем.

— Но я к…

— Эвану. Я уже понял. Ему сейчас нужен покой.

— Я просто хотела…

— Постоять рядом и убедиться, что он в порядке. Он в порядке, Эрин. Поверь.

Я непонимающе уставилась на отца.

— А почему такой тон? И такой взгляд?

— Пойдём.

Мы медленно покинули палату, я оглянулась на больничную койку, из которой виднелись очертания Эвана. Казалось, он мирно спит. Мне бы очень хотелось, чтобы он правда находился в безмятежности и покое, и наша с отцом перепалка не смогла потревожить его крепкий сон.

— Зачем ты приехала, Эрин? — набросился Руперт, как только дверь плотно закрылась.

Я покосилась на блондиночку, всё ещё сидящую возле палаты. Кроме неё в коридоре никого не было.

— Захотела проведать босса. Уже нельзя? — принялась защищаться от необоснованных нападок.

— Да, Эрин, босса. Здоровье начальника не должно тебя волновать.

— А что происходит? Почему ты со мной разговариваешь, как с преступницей? — выгнула бровь.

— Я вчера дал разрешение покинуть больницу вам с Ником. Ты должна была лежать в отеле и отдыхать, а не слоняться туда-сюда. Тем более, ты ещё не окрепла. И твоя рука всё ещё…

— Что? — огрызнулась моментально. — Недееспособна?