Шрифт:
— Скажешь мне что-нибудь? — тяжёлым взглядом смотрит на меня Рустам.
А мне необъяснимо хочется врезать ему за Тарханова. Хочется уязвить побольнее!
— Скажу… — не сдержавшись выпаливаю я. — На счёт чемпионов. Ты — бывший чемпион. А он — будущий! — вздергиваю подбородок. — Перспективный мальчик.
— Что?! — ползут в шоке вверх его брови.
С колотящимся в горле сердцем отворачиваюсь и ухожу.
Дура… Дура… Идиотка! Подлила масла в огонь! Но вопреки всему, внутри чувство удовлетворения, что врезала по его самолюбию — и за себя, и за Тарханова.
Глава 15. Ходить во сне
Душ у нас как в армии. Хрен уединишься в час пик. До кучи — в мужском отменили горячую воду на время жары. И поэтому мы, мля, теперь бодрые и напряжённые. Закручиваю кран с холодной водой. Подхожу к длинному зеркалу над раковинами со станком и пеной. Здесь хоть теплая бежит.
Там уже Ромка. Ведёт лезвием по челюсти.
— Мар.
— М?
— Ты не против, если я Настю трахну?
Прошлым летом у нас с Настей было разок. Но так… флешик, без всяких предысторий и не подразумевающий продолжения. Сама зашла ко мне в душ. Сама на меня резинку натянула. Потом, истерила. Ну а я-то что… Давали — брал. Нехер хватать за член.
— Ромыч, можешь и Катю заодно! Что-то она мне все мозги вынесла.
Злюсь, припоминая фотки те стрёмные.
— Катюха не даст, — угорает Ромка. — Ч"eт у неё башню на тебе свернуло конкретно.
— Достала… Ну Настя тоже, честно говоря, такое себе, — предупреждаю я его. — Отморозишься после секса, станешь врагом, как я теперь.
— Да мне пох…
— Ну смотри сам.
— Странные такие, — закатывает он глаза. — Либо бы уже крестик сняли, либо трусы надели. Сами же инициируют, потом обижаются! Ну любишь ты секс, трахайся, в чем проблема-то?.. Зачем потом жертву из себя строить? Как будто нам по кайфу, а они из одолжения потерпели! Пф!
— Это потому что у девчонок секс не отделим от чувств. Если инициирует, значит, запала. И того же от тебя ожидает.
— Хорошо, что у нас это не так. Я бы застрелился.
— Да тоже так. Просто, это два разных секса. Совершенно. Несопоставимых.
— Да ладно? — фыркает. — Секс, он и есть секс.
— Это как пить протеин и есть шашлык. И то и другое белок, да? Белок, он и есть белок. И то и другое тебя насытит. Но, мля, несопоставимо же!
Ромка замирает с бритвой.
— Шашлык хочу, — сглатывает слюну.
Встречаемся взглядами в зеркале. Смеюсь над ним.
— У тебя-то «шашлык» случился? — играет бровями. — Чего довольный такой?
— Шмель…
— Да, ладно, ты же знаешь, что я могила. Колись.
— Ну Алёна не тёлка же проходная, чтобы я е"e обсуждал — было, не было…
— Ой, хреново это закончится. Прямо, предчувствие у меня. Там чемпион землю пашет. Ты ему не в кассу!
— Выключай Вангу, вс"e круто будет, — ополаскиваю горящее от ментолового лосьона лицо. — Не любит она его.
Оборачиваю бёдра полотенцем.
Из комнаты гитара и девчачий смех.
Ну, ё-маё. Яша там опять фан-клуб собрал походу. За руку поднимаю одну из девочек со своей кровати. Пересаживаю ее на пуфик.
Заваливаюсь туда сам на живот.
Пожирая глазами девочек, Яша, улыбаясь, перебирает струны. Выдаёт что-то романтичное и хулиганское… Но девочки зря восторженно порхают своими ресницами. Яша просто грамотный пикапер. Знает, чем подкормить, чтобы потом сожрать самому.
Настя у Ромки на коленях. Целуются… У меня встаёт от этого зрелища. Потому что — тоже хочу… И губы горят…
Пишу Ал"eне: «Можно, я зайду?»
Ал"eна: «Зачем?»
Марат: «Спокойной ночи пожелать».
Ал"eна: «Здесь пожелай».
Марат: «Ну, пожалуйста… Я просто обниму и свалю. Клянусь!»
Чувствую, как палец той девочки, которую пересадил, рисует на моей спине, вдоль полотенца. Тело бурно реагирует на прикосновение.
— Массаж сделать?
— Нет, спасибо, — тяжело сглатываю я.
Марат: «Не бережёте Вы меня, Алёна Максимовна! Я так до соревнований не доживу. И вообще могу во сне начать ходить. В сторону твоей комнаты. Сегодня, например».
Ал"eна: «Тарханов — нет!»
Марат: «Ну, так я зайду? На минуточку. И спокойно буду спать. Ладно?».
Рука на моей спине рисует узоры. Дёргаю плечом стряхивая ладонь девчонки.