— А Мичи появилась со шрамами на лице. Я пробовал лечить ее, обращался к другим жрецам, но ничего не получилось, — развел руками жрец. — Словно что-то в ней самой не хочет избавляться от них. Может быть, именно эти шрамы напоминают ей об опасности? Даже не знаю, хотел бы я знать, что за тайну она скрывает в первую очередь от себя самой.

— А теперь посмотри на нас, — Ланс улыбнулся, — на меня с моей убедительностью, на Йерка с его иллюзиями, на Мэри Сью с ее проворством и гибкостью, на Мичи с ощущением опасности и скажи: это мы выбрали свои черты или они выбрали нас?

— Не знаю… — пробормотал Рэм. Сказанное следовало хорошенько обдумать.

— Вот и я не знаю, — вздохнул Ланс. — Ладно, иди готовься. На рассвете выезжаем.

Рэм сделал пару шагов к двери и пораженно замер. Ланс ничего не сказал ни про него, ни про Лианга. И если черты и характеристики молодого следопыта могли быть секретом, то про Рэмовы характеристики и черты…

— А я? — произнес Рэм, не оборачиваясь. — Что ты думаешь обо мне?

— Ты? — в голосе Ланса почудилась улыбка… И что-то еще. — Ты — хороший парень, Рэм. Простой. Хороший. Парень.

— Спасибо, — воин улыбнулся и вышел в коридор. Приятно осознавать, что тебя считают хорошим парнем. Простым. Хорошим. Парнем.

Вряд ли село Дольме сильно отличалось от тех сел, что находились на южных границах княжества. Сельские домики походили друг на друга. Они складывались из необожжённого кирпича, обмазывались глиной, выбеливались известью и крылись соломой. Причем из необожженки строились не только дома, но и всяческие пристройки. К дереву в этих краях относились очень бережно: вместо сплошных заборов — плетни да живые изгороди.

Сильней всех выделялся дом местного трактирщика, пристроенный к трактиру: ни на первое, ни на второе хозяин не пожалел ни камней, ни древесины. По сравнению с ним дом старосты выглядел куда бедней. От остальных его отличал лишь обложенный черепицей конек да выкрашенные красным ставни. Невысокий плетень не скрывал, что хозяйство у старосты Тувика небольшое.

— А мы вас давно ждали, — заявил он, встретив Неудачников во дворе.

— Рад видеть, что вы люди простые да работящие, — заключил староста, внимательно изучив их внешний вид.

— И предусмотрительные, — глубокомысленно добавил он, получив от Ланса письмо с рекомендациями Гильдии. Письмо староста Тувик читать не стал. Пару раз попробовал отколупнуть радужную печать и, убедившись в бесполезности сего действия, снова переключился на искателей приключений:

— В общем, подходите вы нам. Берем!

— То есть — берете? — широко улыбнулся Ланс. — Вы не коров на ярмарке покупаете.

— Точно не коров, — вернул улыбку староста. — Хорошую телку с бухты-барахты не выбрать! Ее ж осмотреть надо хорошенько! За вымя подергать. За хвост! Рога проверить: мало ли! С вашим-то братом куда проще!

Черные, слегка выпученные, глаза, чуть оттопыренные уши, широкие мясистые губы, и длинные, опускающиеся вниз усы придавали старосте сходство с крупным сомом. Лицо излучало довольство: сом предвкушал новую трапезу, ведь перед ним оказалась кучка несмышленых мальков.

— Согласен, — кивнул Ланс, решив не портить отношения со старостой раньше времени. — С нами проще. Вы только скажите, с чем вам помочь надо, и мы все сделаем.

— Прям все? — не поверил Тувик. Он похлопал глазами, а потом расплылся в довольной улыбке. — Что ж. Хорошо.

Староста подошел к плетню и громко заорал:

— Тишка!

Во двор почти сразу влетел невысокий вихрастый парень:

— Чего тебе надо, дядько!

— Вот приехали к нам помощники из Борнингена. Говорят, что все могут сделать. В общем, Тишка, отведи их к моей полоске да покажи, что да как.

— Сделаю, — буркнул вихрастый недовольно. — Отчего не сделать?

— А что мы сделать должны? — улыбка Ланса осталась неизменной, но в его карих глазах возникла тень беспокойства. — Не расскажете?

Рэм ненароком перевел взгляд на Мичи и замер: мошенница, закусив губу, смотрела на Ланса. Тень беспокойства? Куда там! Разбушевавшаяся полноводная река, сносящая все на своем пути! Мичи безмолвно вопила о том, что от задания надо отказываться и бежать, бежать из села как можно скорее!

— Да тут все просто! — почему-то Рэму показалась, что огромная сомья пасть распахнулась и готовится заглотнуть глупых рыбешек. — Надо избавить мою полоску от саранчи, а то эти твари совсем обнаглели: решили меня без урожая оставить!