Увиденное испугало Горяна. Одним движением руки он отшвырнул от себя Лианга, попытавшегося нанести новый удар, и выкрикнул в отчаянии:

— Господин, спаси меня!

В зал ворвался ветер. Он пронесся меж колон, поднял в воздух пепел и пыль и пригасил зеленое свечение. Ветер закрутился смерчем вокруг демонолога, разросся, становясь все сильнее и сильнее, и пропал. Горян пропал вместе с ним. Лишь где-то в отдалении слышалось насмешливое эхо:

— Говорил же: тебе следует подготовиться к ритуалу получше.

Потолок трястись перестал. Сияние исчезло. Ланс вздохнул и довольно произнес:

— Отлично! Мы справились! Теперь надо демонов добить, и можно отправляться домой.

— Справились, — Йерк расплылся в идиотской улыбке. — Сам поверить не могу.

— Кстати, в конце у тебя получилась отличная иллюзия.

— Иллюзия? — волшебник удивился. — Какая иллюзия? Не было никакой иллюзии!

— Да? А я подумал… — в голосе жреца появилась задумчивость. — Ну и ладно.

Он посмотрел вверх, как будто намеревался пронзить каменные своды и увидеть… Кто знает, что он хотел там увидеть?

Получено 2 х 20 очков опыта.

Битва с демонами не затянулась. После исчезновения демонолога силы словно покинули их. Они стали медлительными и слабыми. Гораздо больше времени Неудачники потратили на то, чтобы выбраться из подземелья. На волю они выбрались к полудню. Как оказалось, караван уехал и все их вещи прихватил с собой.

Но они не унывали и пешком отправились домой. Да и к чему им было унывать? Они же выбрались из смертельной ловушки и смогли победить опасного врага. Неудачники знали, что впереди их ждут новые испытания, но испытания почти не пугали их. Ведь они были вместе, ведь они собирались жить, побеждать и наслаждаться жизнью!

Рэм проснулся посреди ночи.

Организм требовал посещения небольшой будки во дворе.

Осторожно поднявшись, воин глянул в сторону посапывающего Йерка и вышел за дверь. Рэм прошелся по коридору, отметив, что через щель под дверью кабинета Ланса пробивается свет (неужели жрец не спит?), выбрался на улицу и добрался до будки с сердечком. Справив нужду, Рэм вернулся в дом и, проходя мимо кабинета, решил проверить, как там дела у Ланса. Он подошел к двери и… замер, так и не открыв ее. Из кабинета послышался знакомый, но такой непривычный голос.

— Ты же знаешь, как я отношусь к нему? — обычно тихий и спокойный голос Мичи бушевал (и как она весь дом не перебудила?), в нем слышалась неприязнь пополам с обидой. — Ну почему ты мне не веришь?!

— Ты ошибаешься, — а вот голос Ланса звучал вполне обычно: тепло и дружелюбно.

— Мне кажется, что с Рэмом, — услышав упоминание о себе, воин насторожился, — у нас не будет неприятностей и в дальнейшем. Все проблемы, что валились на нас, удавалось решить. С его помощью в том числе. Думаю, и дальше все будет в порядке.

— В порядке? — скептически переспросила Мичи, немного успокоившись. — Не уверена!

— А я уверен, — мягко произнес Ланс. — Так что постарайся относиться к нему немного подружелюбней. Хорошо? Он не виноват в том… в чем не виноват.

— Ха!

— Ты упоминала, — жрец не придал особого значения восклицанию Мичи, — что хотела поговорить о чем-то? Неужели о Рэме?

— Нет. Не о Рэме… — голос Мичи окончательно стих. В нем появилась неуверенность, словно мошенница не знала, стоит ли рассказывать обо всем или же лучше о чем-то умолчать.

— Я хотела бы поговорить о том, — неуверенно начала Мичи, — что случилось со мной в развалинах.

От руин до столицы Неудачники добирались три дня. Наверное, можно было добраться и быстрее, но они не сильно торопились: двигались неспешно, часто останавливались на привалы, вдоволь спали. Если бы возникло такое желание, Неудачники смогли бы нагнать караван, что увозил их вещи в столицу, но такового желания почему-то ни у кого не возникало. Лишь Рыжая стенала, что из-за задержки в Дольме они опоздают на фестиваль и не посмотрят на красивых мускулистых мальчиков. Но к стенаниям Мэри Сью на эту и похожие темы все настолько привыкли, что не обращали на них ни малейшего внимания.

Еще одной причиной поторопиться могла бы стать судьба добычи. На защитные пластинки, что Лианг ободрал с саранчи, у Неудачников имелись большие планы: либо продать; либо сделать доспехи для Рэма, Мичи и Ланса. Да, после общения со старостой Тувиком количество пластин уменьшилось в два раза, но использовать с пользой оставшиеся никто не мешал. Однако Ланс рассудил, что такую добычу присваивать никто не станет, а если и станет, то найти подобного наглеца не составит труда. Вряд ли в столицу княжества часто привозят защитные пластинки южно-имперской саранчи.