— Я всё понимаю, — вмешался мой коллега. — Я был дома, — он не выражал никаких эмоций, будто вопрос его совсем не задел.

— Я готова поклясться на библии, если понадобится, что мой Питти не покидал наш дом всю ночь, — лицо его матери стало воинственным. — Ночью боли самые сильные, он не отходит от меня ни на шаг.

— Хорошо, миссис Джефферсон. Ни в коем случае не обвиняю вашего сына, только лишь опрос жителей города.

— Ваш убийца неместный, — женщина вздёрнула подбородок, оскорблённая догадкой. — Никто из местных не способен на такое.

— Я буду иметь в виду эту мысль, — Люций едва заметно кивнул.

— Нам пора идти. Здесь прохладно. Мы будем пить чай, — уже более надменно произнесла мать Питера.

— Не смею вас задерживать.

Мы переглянулись напоследок, мать и сын двинулись дальше, пока Люций осматривал остальных стоящих поблизости.

— Что скажешь? — полюбопытствовала я.

— Люди как люди. Сама ведь сказала, что с ножом по городу он не бегает.

— Тоже верно.

— Это Филипп Дуглас с семьей? — он указал глазами на стоящих возле овощной палатки троих человек.

— Да.

— Идём знакомиться.

Завидев приближающихся нас, Филипп занервничал, отвел взгляд, поднимая повыше ворот и спрятал руки в карманы длинного тёмно-серого пальто нестандартного кроя. На удивление, он был одет в классические брюки и туфли, хотя обычно предпочитал более удобную и неприметную одежду.

Его отец — высокий мужчина крепкого телосложения с проседью в волосах, тоже одетый в классическую одежду, почти что один в один такую же, как у сына, с той лишь разницей, что её цвета были темнее, а на ногах у него красовались экстравагантные туфли под крокодилью кожу, со слегка загнутыми носами. Он только-только взял пакет с купленными овощами из рук фермера, как мы не замедлили явиться.

— Здравствуйте! — уже по отработанной схеме начала я диалог.

— Кейт! — мать Филиппа тепло улыбнулась. — А вы, должно быть, Детектив, — обратилась она уже к моему спутнику.

— Верно, — мужчины обменялись рукопожатиями, пока я оценивала очередной модный наряд миссис Дуглас, наверняка сшитый её руками от и до.

Драповое пальто бежевого цвета было единственным нейтральным элементом одежды в её образе. Под распахнутой верхней одеждой выделялось вязаное платье лазурного цвета до колен, с высокой горловиной. На ногах ботинки на низком каблуке, в тон платью. Завершали образ кожаные красные перчатки и платок на голове того же цвета. Женщина словно сошла со страницы модного журнала.

— Кейт, детка, — миссис Дуглас снова переключилась на меня. — Когда ты дойдешь до меня, наконец? Я сошью тебе такое сексуальное платье, что все мужчины в городе будут твои. Не всё же тебе джинсы да кроссовки носить, — она оценивающе посмотрела на Люци. — А ваш стиль, детектив, мне нравится. Вам можем сшить потрясный костюм. Вы в нём будете неотразимы. У меня одеваются все модники города, — она сделала паузу. — Сразите Кейт наповал.

«В этом городе все чёртовы сводники?»

Я отпила сидра, смачивая горло, пересохшее от волнения. Люций рассмеялся приятным бархатистым смехом.

— Спасибо за предложение.

Мы отошли в сторону, давая остальным покупателям подойти к товарам.

— У вас очень красивая обувь, — заметила я, неотрывно рассматривая ботинки миссис Дуглас.

— Мой любимый муж не только ремонтирует обувь, но и охотно изготавливает новую, — она кокетливо выставила ногу вперед, покрутив ступней.

— Всё для любимой жены, — он улыбнулся, обрадованный таким комплиментом.

Их сын нервно болтал упёртой в асфальт ногой, избегая встречаться взглядом с Люцием.

— Филипп! — повысила голос женщина. — Испортишь обувь, оболтус! — она замахнулась, чтобы отвесить ему оплеуху.

— Ну, ма, — увернулся парень.

— Вот же бездельник, — посетовала миссис Дуглас. — Хоть бы работу уже нашёл.

— Да найду я работу! Что ты опять начинаешь? — он запахнул полы пальто.

— Вот скажу детективу, он тебя арестует за наркотики. И того, кто тебе их продаёт, тоже. Да, Люций? — подмигнула женщина, обратившись к нему.

— К сожалению, это не в моих полномочиях, — с улыбкой ответил он. — Скорее компетенция шерифа.

— Очень жаль, — она поправила перчатки. — Обдолбается и сидит сам не свой потом, оболтус, — метнула напоследок гневный взгляд в сына.

Мистер Дуглас молчал, не вмешиваясь в беседу.

— Мне нужно задать вам неприятный вопрос, — Люций обвёл взглядом семью. — Не сочтите за грубость, но такова моя работа.

— Дайте угадаю, — миссис Дуглас выставила руку вперёд, останавливая вопрос. — Вас интересует, где были мои мальчики в ночь гибели этой Валери?