Надеваю мантию и маску, которые снял на время работы. Правое ухо болтается перед глазами. Ну, этот образ мне будет нужен ещё недолго.

Вхожу в офисную пещерку, с большим деревянным столом. Слева на нём стояли знакомые весы, а на правом углу распластался широкий железный сейф. Между ними сидел скелет в знакомой шапочке китайского евнуха. Охраны никакой. Естественно, вынести алмазы из копей нельзя… ну это они так думают.

— Чего так мало? — удивляется кладовщик, когда я высыпаю перед ним свои десять камешков.

— Производственная травма, — похлопываю себя по пустоте на месте левой руки. — Требуется медицинская помощь, срочно нужны очки.

— Шестьдесят восемь очков, — сообщает чиновник, снимая одной рукой тарелку весов, а другой, открывая обращённую к потолку дверцу сейфа. И сваливает в него мои алмазы.

— Мне нужно больше, — не соглашаюсь я, с размаха вбивая кирку в центр его шапочки.

Череп от удара просто срывает с позвоночника и пригвождает к деревянной поверхности.

Я достаю письмо и насаживаю на торчащий верх клюв кирки. А потом быстро наполняю мешок содержанием открытого сейфа. Когда становится тяжело, останавливаюсь. Забрал меньше половины, но мне хватит.

Убираю в инвентарь мантию с маской. Выхожу в коридор и прикрываю за собой дверь. Кладу на пол тяжёлый мешок, приклеиваю на дверь короткую записку, подбираю добычу и растворяюсь среди спешащих по делам скелетов.

Вскоре к закрытой двери подошёл авантюрист, прочёл объявление, чертыхнулся и отправился к хранилищу соседнего сектора.

Записка на двери сообщала:

Самое время подумать о тщете всего сущего, — решил я, проталкиваясь с мешком алмазов по туннелю мимо хаотически движущихся скелетонов. Пока шёл по главным коридорам, прикидывающимися шахтами подземелья, всё было ещё чинно.

Скелеты сновали по ним с деловым видом, и я целеустремлённо несущий на горбу мешок нажитых непосильным трудом ценностей, почти ничем от них не отличался. Ну, разве, что отсутствием одной руки, но снующим туда-сюда по коридорам для создания рабочей атмосферы скелетам на это было почти что наплевать. Но это «почти» существовало только из-за отсутствия слюнных желёз, что переводило их отношение ко мне ещё на один пункт равнодушия по направлению к полному игнорированию.

А когда я ушёл от магистральных коридоров в запутанный лабиринт рабочих узких туннелей, ничем не занятых, кроме ходьбы по ним, скелетов стало больше. Мне это знакомо. Было время, я пару месяцев просидел в осаждаемой крепости Верховного некроманта. Там вместо чиновников и рабочих были офицеры и солдаты.

И вот эта солдатская нежить вела осмысленную деятельность только на стенах крепости и в патрулях. А всё остальное время они создавали иллюзию своей занятости. Чтобы их не припахали к какой-нибудь бессмысленной работе. Офицеры почему-то были свято уверены, что солдат без дела представляет опасность.

Хотя, что значит, «почему-то»? Потому, что им прописали такой шаблон мысли, что и сделало их настоящими военными. Хорошо хоть их подчинённые тогда ничего квадратного не катали, круглого не носили, лежащего не ставили, а стоящего не красили. А сами командиры невиновных не наказывали, непричастных не награждали, запуганных подчинённых не запутывали и запутанных не запугивали. Иначе из нежити сразу бы превратились в обычных живых защитников великой Империи.

Тут, похоже, то же самое. Кроме запутывания. С этим у чиновников в любом мире всё в порядке. Местная плановая экономика как-то сама собой продуцировала хаос.

Есть чиновники, регламентирующие работу по добыче и транспортировке алмазов. Есть план, который нужно выполнять. Но, так как от выполнения плана зависит эволюция каждого чиновника, тот просто обязан закладывать в него некую подушку безопасности. И так на всех бюрократических уровнях.

Ибо один раз перевыполнишь план, получишь премию. Второй раз выполнишь и получишь снижение показателей…

В результате большое количество рабов просто оказывалось не удел и занималось бессмысленной деятельностью, типа перевозки алмазов в дальние хранилища или освоением более длинных маршрутов для своих тележек с обязательной прокладкой дополнительных линий рельсов и тому подобному.

Но какими бы тупыми не были боты-рабочие, они могли понять, что имитация рабочей деятельности просто энергетически выгоднее, чем настоящая, но бессмысленная работа. Поэтому и шныряли скелеты по коридорам с деловым видом.

Но стоило мне спуститься ещё ниже, в лабиринт технических туннелей, куда никогда не ступала нога не то, что человека, но даже носящего на голове символ борьбы с коррупцией, чиновника, я будто оказался в другом мире.

Коридоры, предназначенные для быстрого перемещения между секторами и уровнями, оказались полностью пустынны. Естественно. Даже самый тупой бот не сможет поверить в необходимость чего-то тут имитировать. Ведь в бюрократическом, как и в квантовом мире, пока тебя никто не видит, ты не существуешь.