Я чуть не поперхнулась виноградным желе, осознав эту мысль. И молчала до самого конца ужина.

Застольная беседа казалась вполне естественной, несмотря на некоторый сумбур. Но после ужина танцы, как я и подозревала, не возобновились. Либо объявление Марка вызвало слишком большой переполох и Тайбери решил подстраховаться, либо его упросила Виолетта, не желающая больше видеть танцев с шейрами. Мы с Тайбери сидели далеко друг от друга, чтобы уточнить у него напрямую.

Но одна новость грела сердце. По крайней мере, сегодня помолвку Тайбери и Виолетта не объявят.

…Может, и не объявят вообще? Ну вдруг?

Я задумчиво отломила ещё ложечку воздушного и очень нежного десерта, переложенного слоями шоколадной крошки, тонкого бисквита и сладкого сливочного крема. Горьковатый вкус крепкого кофе дополнял картину ароматным контрастом.

Уголки губ тайком поднялись. Тайбери думал обо мне, когда составлял меню. Наверняка.

Вот только в сердце билась и стучала ещё одна мысль. Точнее, не мысль, а слова. Слова Тайбери, которые, если честно, новостью для меня давно не были, но всё равно резанули по сердцу.

«Я не могу быть с кем-то, кто меня предал».

Тайбери поднялся первым, и остальные поднялись за ним. Я тоже скромно встала.

– Обычно в финале вечера я предлагаю своим гостям фейерверки, – произнёс Тайбери с улыбкой. – Впрочем, в этот раз…

Он не договорил.

За окном раздался треск, а в следующую секунду вечерняя полутьма расцвела вспышками фейерверков. Зелёный с розовым, золото с синим, серебряные искры и вновь золотые брызги – кто-то постарался на славу.

Раздались аплодисменты. Тайбери открыл рот, собираясь сказать что-то, но гости уже с шумом повалили в холл, чтобы полюбоваться этой красотой на улице.

Я незаметно приблизилась к Тайбери, пользуясь тем, что Виолетта присоединилась к другим гостям. Фейерверки фейерверками, но у меня всё-таки и повелитель есть.

– Это ты устроил, повелитель? – прошептала я, указывая на окно.

– Вообще-то тут я виноват, – пояснил Файен, поравнявшись с вами. – Прости, Тай. Раз уж салют начался за пределами дома, твоя сигнализация не стала возражать. Ты ведь тоже не возражаешь, да? Решил сделать тебе сюрприз.

Брови Тайбери поднялись.

– Сюрприз? С чего бы?

– Да на собрании мне вдруг пришло в голову. – Файен почесал в затылке. – Встали в кружок, обсуждали твою вечеринку, и тут Жанет посетовала, что ты на осадном положении и вряд ли решишься устроить салют. Такая возможность пропадает!

Тайбери хмыкнул.

– Жанет, значит? Понятно.

Мы переглянулись, и я поняла его без слов. Жанет надеялась, что Тайбери примет её предложение, и тогда фейерверки станут знаком её триумфа. Увы, ей не повезло.

Файен кивнул Тайбери:

– Сочувствую, что с помолвкой не получилось. Марк и его куколка оттянули на себя всё внимание.

– Ничего страшного, – рассеянно отозвался Тайбери. – Я переживу.

Я невольно фыркнула. Он уж точно переживёт. Я облизнула губы, вспоминая вкус великолепного десерта. А уж кактусы-то как обрадуются, что явление Виолетты народу откладывается! Нужно будет принести и им кусочек. Праздновать так праздновать!

– Кстати, я бы сказал, что тебе стоит ещё раз крепко подумать по поводу этого своего идеального брака, – заметил Файен. – Моя сестра не отличается преданностью по отношению к членам семьи. Мне так точно не нравится, когда меня пытаются спихнуть с кресла наследника рода, пусть оно и неудобное. В общем, к сестрёнке у меня мало сочувствия, – его голос стал холоднее. – Тем более к сестрёнке, которая, возможно, свела в могилу мою шейру.

– У тебя нет доказательств, – голос Тайбери тоже похолодел.

– И это тоже верно. Но… – Файен помолчал. – Тай, возможно, она и стала бы тебе неплохой спутницей. Формально. – Он бросил выразительный взгляд на меня. – Но ты сам понимаешь, что будешь несчастлив. Очень. Оно правда того стоит?

Тайбери молчал. Долго.

А потом резко двинулся к двери.

– Идёмте, – произнёс он, не оборачиваясь. – Фейерверки нас ждут.

Фейерверки и впрямь были великолепны.

Мне не портило настроение даже то, что Тайбери вновь стоял рядом с Виолеттой. И даже особенно яркая вспышка под конец, на миг застлавшая зрение, после которой у меня перед глазами ещё минуту пылали цветные круги с красным и багровым оттенком, почти меня не испугала. Фейерверки! Чуть ли не первые в моей взрослой жизни!

А ещё это был праздник для Марка и Кристины. Праздник, ради которого Марк только что поставил крест на своём положении в обществе. Но, судя по его улыбке, для него оно того стоило.