Меня разбудили солнечные лучи и уютный приветственный шум иголок. Кактусы просыпались, расправляя стебли и раскрывая яркие бутоны цветов.

Открыв глаза, минуту я бездумно смотрела в потолок. Голова ещё не начала работать, день ещё не настал. Я сама не знала, кем я была в этот момент. Шейрой Даной? Деанарой Кассадьеро? Безымянной девушкой, глядящей на цветущие кактусы и постепенно начинающей ощущать здоровый утренний голод?

А потом я вспомнила всё. И подскочила на кровати.

Тайбери арестован. В полдень начнётся собрание домов в Академии.

Деанару Кассадьеро признают умершей. Раздоры в доме Кассадьеро официально закончатся. И если Баррас окажется достаточно силён и сможет отбиться от обвинений, то станет ректором.

Или не станет ректором, если доказательства Тайбери окажутся достаточно хороши.

Но меня там не будет! И вот это волновало меня куда сильнее. Стой я рядом с Тайбери, я могла бы оценить ситуацию. Могла бы понять, насколько выигрышно наше положение и каковы наши шансы на успех. И в самом крайнем случае кинулась бы в омут, потребовав у Тайбери, чтобы тот срочно расторг контракт.

Я не хотела лишаться Тайбери. Если наказание за лжесвидетельство было бы не таким суровым, а Барраса лишили бы возможности стать ректором, я не стала бы делать ничего. Но если Тайбери соберутся лишить кристалла…

Проклятье, я же заперта здесь! Я совсем ничего не могу сделать!

Я зажмурилась, изо всех сил пытаясь сдержать слёзы. Вчера вечером я пыталась открывать окна, стучала в двери, дёргала ручки и просила особняк меня выпустить – бесполезно. Я знала, что это не поможет, но попытаться следовало всё равно.

Что ж, я попыталась. И что теперь? Бессильно сидеть и ждать?

И тут снизу раздались голоса.

– Дана!

Я узнала этот голос. Сердце заколотилось.

Забыв о приличиях и о том, что на мне лишь кремовая пижама с кружевами, я стремглав побежала вниз, перескакивая через две ступеньки. Вот он, мой ключ!

– Лорд Адриан, – выдохнула я, подбегая к окну холла. – Метресса.

Глава дома Тайбери, невозмутимый и опирающийся на трость, стоял на зелёной лужайке у самого крыльца. А под руку его держала метресса Хелен, на плече которой висела просторная сумка.

– Мой внук арестован, – прохладно произнёс лорд Адриан Тайбери. – Этого не произошло бы, если бы Квинн принял мой совет и воспользовался тетрадью.

Которую, кстати, Тайбери потерял. Так что теперь уже воистину поздно.

– Уже поздно об этом рассуждать, – сухо сказала я.

– Следи за речью. – Лорд Адриан окинул мою пижаму неодобрительным взглядом. – Одевайся. Мы едем в Академию.

Я раздражённо откинула золотые волосы за спину.

– Да я-то с удовольствием! Вы дверь сначала откройте!

Хелен моргнула.

– Что значит «откройте»? – прохладно поинтересовалась она. – Ты шейра Квинна Тайбери. Особняк должен подчиняться тебе. Просто открой дверь.

Да что ж они такие непонятливые!

– Не могу же! – Я указала на окно для ясности. Вокруг стекла поблескивала еле заметная бело-голубая рамка. – Тайбери, чтоб ему… то есть мой любимый повелитель меня запер!

Теперь Хелен уставилась на Адриана.

– Ты глава дома, – утвердительно сказала она.

– Да.

– Так открой дверь и выпусти девочку!

Адриан скривился. Я почти наяву чувствовала, как ему не хочется выдавливать слова.

– Это дом Квинна, и в некоторых вещах лишь мой внук является здесь полновластным хозяином, – неохотно сказал Адриан. – У меня есть разрешение входить без приглашения, но сейчас, пока Квинн жив, этот дом заперт для всех, кроме него самого.

– Ну замечательно! – фыркнула я. – А мне предлагается что, умереть от голода? Просочиться через водопровод?

– Еды здесь более чем достаточно, а Квинн вернётся вечером, чтобы тебя выпустить. – Адриан внимательно разглядывал меня. – Вот только тогда будет уже поздно. Как только его вина во лжесвидетельстве будет доказана, появление настоящей Д… наследницы ничего не изменит.

– Осторожнее, Адриан, – предостерегающе произнесла Хелен.

– Мы с моим внуком поставили на это место такую же защиту, как и в библиотеке, – устало сказал Адриан. – Здесь нас никто не подслушает.

– Всё равно осторожнее. Не для каких-то там свидетелей, а ради нас троих, – с нажимом сказала Хелен. – Судьбу Юлиуса мы все помним.

Они переглянулись, и Адриан едва заметно кивнул. Лицо Хелен чуть расслабилось.

– Хорошо.

– Вы можете как-нибудь отсюда меня вытащить? – требовательно спросила я. – Сегодня? Этим утром? Притащить сюда Тайбери, уговорить его взять меня в Академию, отложить собрание до позднего вечера? Хоть что-нибудь?