Белокурая всадница на предводителе медведей заметила паренька. Вонзила зубья шпор в бока скакуна и с силой дернула за мохнатый загривок, задавая направление. Бедный мишка выронил от неожиданности кусок плоти очередной жертвы и заревел от боли. Гигантская пасть жутко растянулась. Мне показалось, что еще немного, и она разорвется у основания. Рык вырвался из глотки. В стороны полетели тягучие кровавые слюни и кусочки мяса.

Медведь подчинился и рванул к «ходячей мясорубке». Возможно, сейчас у него в голове было одно лишь желание — выплеснуть накопленную злобу на ненавистного врага. Преодолевая за прыжок метров по пять, он приближался к убийце.

Я даже представил, как это случится… Могучая туша медведя воспарит в воздухе в смелом до дерзости броске. Он обрушится всей своей многотонной массой на хрупкое тельце. Превратит его в бесформенное кровавое месиво.

До кошмарной казни оставались доли секунды. Считаные метры. Но в одно мгновенье что-то изменилось и пошло не так…

Зверь оттолкнулся лапами от пола и начал отрываться от земли… Паренек же не попытался убежать или отскочить в сторону. Он рванул прямо к животному. Молниеносно приблизился к нему. Опустился на колени и виртуозно заскользил по стальному полу, залитому свежей кровью. Как раз между ногами хищника…

Два поднятых кверху меча вонзились в косматый живот, незащищенный титановой броней. Катаны разрезали его без усилий по всей длине, не встречая преград. Словно столовый нож растопленное сливочное масло.

Окровавленные внутренности еще только начали вываливаться из нутра, а киллер уже выкатился по ту сторону медведя. Вскочил на ноги, моментально развернулся и прыгнул за наездницей на звере. Его мечи завращались в воздухе, как неукротимый торнадо. Буквально десятые секунды… Лязг железа и звуки раздирающейся плоти…

Исполинский хозяин Арктики еще продолжал последний полет. Всадница на его спине разваливалась на несколько кусков. А убийца уже стоял в боевой стойке, готовый к новому поединку. По лезвиям опущенных книзу мечей стекали ручейки горячей крови.

На его лице расплылась довольная улыбка. Смотрелась она зловеще. От одного взгляда на нее тело сковывал цепенящий ужас.

Выпотрошенный медведь с оглушительным грохотом рухнул на землю. Наверняка его разум по-прежнему терзала непримиримая месть. Она заставляла его с невероятным упорством подниматься с пола. Раз за разом он терпел неудачу, но не сдавался до самого конца. До тех пор, пока к нему не заявилась подружка-смерть, и он умиротворенно затих.

Крошево вокруг продолжалось. Вольфганг и Альфред отстреливали противников издалека. Аршалуйс же рванул в самую гущу событий. В искусстве умерщвления врагов он был великолепен. Я же пока воздерживался от участия, спрятавшись в укрытии. Это не моя война… Лишь наблюдал за парнем.

Гибель боевых товарищей не прошла незаметно. На убийцу ринулась парочка ариек на разъяренных медведей.

Резкий взмах руки киллера — и меч полетел в приближающихся врагов. Первая валькирия упала замертво. Лезвие катаны вошло в прорезь салада и пронзило череп, словно гнилую тыкву, но с другой стороны шлема не вышло. Косолапый же потери ноши не заметил и продолжил бег к намеченной цели. Ужасные челюсти почти приблизились к незащищенной шее врага, но клацнули уже в пустоту. Душегуб успел в последнюю секунду исполнил сальто вперед через голову, прыгнув высоко вверх. Он приземлился ногами на спину монстра. Тут же перевернулся. Присел на колени. Наклонился к загривку и крепко приобнял могучую шею, обхватив ее обеими руками.

Медведь, может, и успел что-то заподозрить. И наверняка понял, что сжимают его не руки любящей хозяйки, а что-то чуждое и противное. Но додумывать эту мысль его голове пришлось уже отдельно от тела…

Мужчина изо всех сил рванул на себя острый меч, зажатый в руках с обоих концов. Тихо хрустнули позвонки и «хранилище мыслей» млекопитающего покатилось по полу. Алая кровь хлынула под давлением, словно из сбитого вентиля пожарного гидранта. Но медведь не остановился. Неуправляемая туша неслась на всех парах дальше, на разномастную толпу. Безбилетный пассажир «безумного экспресса» дожидаться столкновения не стал. Он сошел заблаговременно, исполнив еще одно мастерское сальто. Только теперь назад. С непродолжительным подвисанием, расправив руки, словно распятый на кресте Иисус.

Убийца только опустился на пол, как за его спиной уже нарисовался второй вздыбившийся медведище. Его передние конечности со сверкающими когтями падали с бешеной скоростью на плечи парня, но «мясник» как будто этого не замечал. Лишь все больше прижимался к полу.

Злорадство от неудачи «неуловимого убийцы» пропитало мой мозг без остатка, но истерически засмеяться я не успел, чисто физически.

Прирожденный убийца выпрыгнул молниеносно. Миг… и громадная туша уже пригвождена клинком к стальному полу. Прямо сквозь разгоряченное сердце. Он высвободил в броске всю свою смертельную мощь. Словно сжатая до предела пружина, для которой наступил «тот самый момент». Он просчитал все действия заранее!

Наездница умерла быстро, наверняка без лишних мыслей и раздумий. А вот ее питомец еще боролся за жизнь. Он барахтался, словно перевернутая на спину божья коровка.

Мужчина безразлично подошел к дергающемуся трупу животного. Выхватил миниатюрный автомат из рук раздавленной тушей медведя валькирии и отправился дальше.

Нырки. Изящные подкаты. Резкие развороты. Всевозможные фантастические кульбиты… Он вертелся, как раскрученная юла. Укладывал короткими очередями нападающих. Не забывал и вооружение обновлять. Расстрелянное выбрасывал, а новое вырывал из рук трупов.