Я кивнула с пониманием, затем взяла тарелку и направилась к мойке.

— Оставь, — сказал Дима мне в спину. — Я помою.

— Вот уж нет. Вы готовили, я мою, — заявила решительно и, закатав рукава, принялась за дело.

Сковорода и моя тарелка с приборами были чисты, когда куратор подошел и протянул свою посуду. Спорить он не стал. Наклонившись, поставил в раковину тарелку. Наши тела соприкоснулись, и я невольно вздрогнула, а мужчина всего на секунду, но застыл.

— Чаю? — его голос прозвучал прямо рядом с ухом и по спине пробежали мурашки.

Вместо ответа рассеянно кивнула, чувствуя, что Северский стоит слишком близко, а я отчего-то жутко волнуюсь и, кажется, он чувствует это.

Рука Демитра опустилась мне на плечо.

— Все будет хорошо, Лада. Я обещаю! — сказал он, а я внезапно со стыдом поняла, что сейчас беспокоилась не за маму и весь мир, а за свое сердце, которое билось, как сумасшедшее.

— После чая покажу тебе твою комнату, — сообщил куратор и отодвинулся, а я, наконец, смогла спокойно вздохнуть.

Сама не знаю, почему, но он волновал меня. Сердце до сих пор не хотело успокоиться. И ведь Северский ничего не сделал для того, чтобы вызвать во мне такую реакцию. Просто подошел. Просто сказал несколько фраз. Просто коснулся, без всякого умысла. А я…

Домыв посуду, вернулась за стол. Демитр наполнил водой электрический чайник. Включил и пока вода закипала, успел поставить на стол упаковку с какой-то выпечкой. Я оценила его заботу, решив, что все же, это он успел купить для меня.

А значит, заранее знал, что я окажусь в этом доме.

Молча продолжала следить за ним. Вот он налил чай, пододвинул ко мне кружку, заглянул с интересом в глаза. Мои мысли вились роем, вопросы множились, но совсем не того характера, которого требовала ситуация. А потому, когда в тишине прозвучал голос, я не сразу поняла, что фраза принадлежала мне.

— У вас есть кто-то?

Он сдвинул брови.

— Мы, кажется, договорились перейти на ты? — напомнил мужчина.

Ах, да. Я почувствовала, что краснею. Что я вообще спрашиваю у него? Студентка у взрослого состоявшегося мужчины! Сую нос в его личную жизнь без спросу.

И если он сейчас меня пристыдит, то так мне и надо.

Я опустила взгляд, рассматривая кружку, когда Демитр ответил:

— Нет. Не до того. Работа отнимает слишком много времени. Почему ты спрашиваешь? — он был прямолинеен, как всегда. Но на лице не дрогнул даже мускул. И все же он был удивлен.

— Да так… просто, — проговорила, мысленно отвесив себе подзатыльник. Ну что спрашиваю? Куда лезу? — Вы слишком ловко управляетесь на кухне, — попыталась объяснить свое любопытство, — вот я и сделала вывод, а потом решила спросить…

— Ты меня удивила, — просто сказал Демитр.

— Знаю. Иногда я начинаю говорить не подумав. Плохое качество.

— Мне показалось, что ты подумала, впрочем, ладно. Если закончила с чаем, позволь показать тебе твою комнату.

— А вымыть кружки? — предложила было я, осознав, что отчего-то сидеть вот так с Северским на кухне его дома было очень уютно и спокойно. Здесь, мне казалось, никакое зло не сможет меня потревожить.

— Я сам, — он кивнул, указывая на выход, и пошел первым, подхватив мой туго набитый рюкзак.

Поспешив за Димой, поняла, что путь наш лежит на второй этаж, где я еще не была.

Пока шла, глядела по сторонам.

Дом был обставлен очень богато, но как на мой взгляд, не соответствовал вкусу Северского, если я только не ошибалась. Все эти статуи, ковры, здоровенные люстры и картины были словно из другого мира, где живут очень состоятельные люди с отвратительным вкусом, который должен лишь кричать об их богатстве, но не о чувстве прекрасного.

— Знаю, — вдруг произнес куратор. — Здесь все слишком пафосно. Наверное, потому я не так часто бываю в этом доме.

— Дом словно тебе не принадлежит, — заметила осторожно.

— Принадлежит. Но достался от родителей, и я ничего здесь не менял. Не было времени и желания.

Кивнув, подумала о том, как мужчина догадался о моих мыслях? Прочел, или просто мы думаем одинаково?

И все же, он колдун. А значит, все возможно.

— Здесь чисто, — уже оказавшись на площадке второго этажа, сказала я.

— Магия, — просто ответил Северский и свернул направо в широкий коридор, залитый солнечным светом.

Моя комната была за первой дверью, попавшейся на глаза. Ничем особенным она не отличалась. Комната как комната. Небольшая спаленка с кроватью и трюмо. На полу ковер. В стене вычищенный камин. Судя по всему, он был не декоративным, так как на его стенках виднелись остатки следов от копоти.

Демитр положил на кровать мой рюкзак и сказал:

— Будь, как дома, — а сам шагнул было из комнаты, но я удержала его, спросив с отчаянием: