На мгновение у меня перед глазами промелькнула целая картина того, что было бы, если бы Вике каким-то образом удалось открыть нашу переписку. Там достаточно подсказок, кто именно эта «Планетка». Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, кому именно она понесла бы этот «грязный секрет».

Проклятье.

Выхожу из машины, открываю дверцу возле Вики.

— Пошла вон, - цежу сквозь зубы, потому что на самом деле только теперь начинаю чувствовать злость. Едкую и невыносимую, и она подтапливает меня изнутри, поднимая со дна моей далеко не безгрешной души отвратительное желание разобраться с Викой здесь и сейчас.
– На хуй пошла!

Она резко выпрыгивает, шлепает босыми пятками по разбитому асфальту.

Нахожу ее туфли и не глядя швыряю вслед.

Блять.

Чтоб его все!

Я колочу ладонями по рулю - и это хоть немного помогает сбросить уровень злости.

Вот так, из-за какой-то хуйни я поставил все под удар - Планетку, наше общение, дружбу с Олегом.

Желание догнать Вику и вытряхнуть из нее даже тень воспоминаний о том, что она увидела, становится настолько непреодолимым, что от греха подальше выруливаю на ближайшую спокойную трассу и накидываю скорость выше ста.

Что, на хуй, я творю?

Глава шестьдесят восьмая: Венера

Я не знаю, что происходит, но на мое сообщение Меркурий не отвечает.

Оно дошло - и он его прочитал, но ни до конца вечера, ни на следующий день я так и не получаю ответ. Ничего такого я там не написала - мы обсуждали его новое приобретение, он скинул пару фото интересных дизайнов, я сказала, что все они достаточно уютные, функциональные и, главное, подходят для жизни. Ничего такого.

Но он молчит - и я начинаю чувствовать себя любимой игрушкой, которая однажды просто наскучила и была сослана в дальний пыльный угол комода. Хорошо, что у меня впереди напряженная неделя перед гастролями и есть повод почти все время проводить с студии, оттачивая и без того уже давным-давно идеальные па.

В пятницу вечером, накануне отъезда, я собираю маленькую корзинку угощений и еду в студию пилона, чтобы попрощаться с девочками на целых три недели. И удивляюсь, когда замечаю в раздевалке Риту. Она же вроде бросила? Я помню, как сокрушалась наша тренер, потому что одна из лучших ее учениц, одна из самых эффектных на пилоне, вдруг перестала ходить на тренировки. Просто забросила и все. Когда это было? Кажется, примерно в то же время, когда мы с Олегом проводили в Монте-Карло наш медовый месяц.

— Привет, - здороваюсь я, пока девочки потрошат корзину с угощениями.

Сегодня я пришла только к концу тренировки - интенсивность балетных репетиций такая сильная, что вытягивать их одновременно, еще и в один день, у меня банально не хватает сил. А как бы я не сходила с ума от своей воздушной акробатики, балет всегда был и будет моим приоритетом номе один.

Рита настороженно подглядывает в мою сторону и молча кивает.

В ее лице как будто что-то изменилось, но мне стыдно пялиться на нее в открытую, чтобы понять причину этих изменений. Одно могу сказать точно - она сильно похудела. Помню, эти же джинсы круто и как вторая кожа облегали ее бедра, а теперь висят как на вешалке. И локти уродливо торчат на ставших похожими на лапки кузнечика руках.

— Хорошо, что ты вернулась, - искренне радуюсь я. Несмотря на то, что перед моей свадьбой Рита вела себя как настоящая стерва, официально мы не ссорились. Может быть, у нее был тяжелый период в личной жизни? Кто из нас хотя бы раз в жизни не превращался в стерву, завидуя чужому счастью?
– Здесь было слишком… тихо без тебя.

— Я ей тоже самое сказала, - поддакивает наша тренер.
– Заодно, может, на человека снова станет похожа наша Королева Марго.

Рита еле-еле улыбается и тут же нарочно скрывается за дверцей шкафчика.

Но я все равно успеваю заметить неестественную кривизну ее улыбки. Я такое видела только раз в жизни - в больнице, когда восстанавливалась после травмы спины. Со мной в палате лежал парень на пару лет старше, как и я, проходил реабилитацию после тяжелых побоев. Так вот, он улыбался точно так же - только одной стороной лица, потому что из-за тяжелых увечий пострадал лицевой нерв.

Почему я думаю об этом сейчас?

Рита тоже столкнулась с чем-то… таким?

Я потираю локоть, потому что синяк на коже после хватки Олега до сих пор никуда не делся, хотя прошла уже целая неделя.

— Рита?
– Осторожно пытаюсь отодвинуть дверцу шкафчика, чтобы поговорить, но она крепко держит ее рукой.
– Что случилось? Я могу чем-то…

Она прерывает мой искренний порыв громким хлопком закрытой дверцы. Теперь уже стоит прямо передо мной, смотрит в глаза с видом человека, который увидел что-то крайне неприятное и отвратительное. От этого взгляда хочется отмыться, как от грязи.

— Ты всегда ко всем в жопу без мыла лезешь, святая ты наша?!
– неожиданно грубо спрашивает она.
– Или это только мне так «повезло»?