Мишке покупается не только кресло. Мак не может отказать сыну в просьбах и вот этого “хочу”. Я начинаю его одергивать за рукав.

— Мак, прекрати, — прошу его шепотом.

— Хорошо, — сдается.

В итоге Мишка восседает в детском кресле с игрушками в обнимку на заднем сидении, а мне приходится перебраться вперед. Или это был коварный план мужчины?

Сидя рядом с ним, я снова разглядываю его сильные руки. Как уверенно чувствует себя за рулем. Это как дежавю. Я будто вернулась в прошлое.

Он ловит мой взгляд и кладет свою ладонь поверх моей, чуть сжимая и снова возвращает свой взгляд на дорогу. А я закрываю глаза, расслабляясь, засыпаю под звук тихо работающего двигателя.

Рената

Проснулась от приятных ощущений. Чьи-то пальцы коснулись щеки, подбородка, шеи. Любимый мужской запах окутал как кокон.

— Рена, — мужской шепот у самого уха.

— М? — нехотя открываю глаза и понимаю как затекла шея.

Макар сидит за рулем и чуть наклонившись ко мне, разглядывает меня с еле уловимой улыбкой на губах.

— Мы приехали, — возвращает свои руки на руль.

А я оглядываюсь. Мишка спит.

— Господи, — провела пальцами по волосам, — как ты выдержал дорогу с таким сонным царством в машине?

— Нормально, — открыл дверь. — Пойдем, я вас провожу в квартиру, а сам еще раз вернусь за вашими вещами, — и вышел.

Я следом за ним.

Макар отстегивает ремни безопасности на кресле сына и очень бережно берет его на руки.

— Рен, возьми у меня в кармане ключи, там брелок от входной двери, — останавливается около меня и просит.

— В каком? — чувствую, как начинает подливать румянец к щекам.

— Вот в этом, справа, — его взгляд внимательный и темный. Ни грамма улыбки.

Я ощупываю поверх ткани его брюк и действительно здесь находятся ключи. Запускаю пальчики в карман и чуть углубившись касаюсь колечка. Подцепляю пальцем его…

— Можешь чуть быстрее, — говорит он охрипшим голосом, а я поднимаю на него непонимающий взгляд, — а то реакция моего организма может тебя немного, кхм, испугать, — проговорил он, — наверное, — усмехнулся.

А меня просить еще раз не надо. Вынимаю ключи и отхожу на шаг от него.

Мы поднимаемся в лифте. Мак забрался высоко. Аж на двадцатый этаж. Выйдя на площадку он кивком головы указал на дверь.

— Верхний, да вот этим, — подсказывает мне каким ключом открывать дверь.

Мне от чего-то очень волнительно. Справившись с замком, открываю дверь, пропуская мужчину с сыном вперед. А следом захожу сама и закрываю за нами дверь.

— Я уложу его на кровать, — проходит внутрь квартиры, оставив меня одну.

Стягиваю кеды и прохожу следом.

Сразу чувствуется, что хозяин квартиры мужчина. Преобладают серые цвета. Спокойные, ненавязчивые. Ни цветов, ни всякой мелочи добавляющей уют. Все слишком лаконично.

Нахожу кухню, сажусь на стул и не знаю куда себя деть. Разглядываю каждую деталь. Ничего не говорит о том, что здесь живет или жила женщина. От этого на душе как-то радостно.

— Спит и даже не шелохнулся, — входит в просторную кухню, застывает. — Все хорошо?

— Да.

— Я обложил его подушками, — продолжает, проходит к термопоту и достав пару кружек, наливает чай.

— Я прошу тебя больше не покупать ему игрушек, — решаюсь на разговор. — Мы жили скромно, но у него всегда было все самое необходимое. А твоя безотказность его избалует.

— Я понял, — садиться рядом и ставит передо мной чашку. — Ты удивительная в роли мамы.

— Чем же? — прячу взгляд в чашке.

— Я не знаю как описать словами. Когда увидел тебя на вечере, сразу понял, что что-то в тебе изменилось, но что именно я не понимал.

— Мне нужно уже ехать к Кате, — смотрю на часы. Прерываю разговор намеренно. Мне неудобно находиться рядом. На его территории. Не знаю, что это, трусость или… Хочу сбежать, подышать воздухом и подумать.

— Я вызову такси, — отвечает Мак.

Пока жду машину, Макар вернулся за нашими вещами и игрушками. Пока он ходил, я проверила сына. Он сладко спал на отцовской огромной кровати. Прошлась по квартире. Просторная трешка. Надо же. Одна комната абсолютно пуста. Мебелью обставлены его спальня и гостиная.

Когда Мак вернулся, пришло оповещение, что такси подъехало.

— Я пришлю тебе адрес этот, чтобы не забыла куда вернуться, — улыбнулся. — Проводил бы…

— Угу, но там спит Мишка и его нельзя оставлять одного, — продолжаю я. — Все, желаю хорошо провести день.