— На работе взял отгул. Личная жизнь это вы с Мишкой, до этого ее просто не было, — говорит так уверенно, что я все же смотрю на него. — Останься, — опирается руками о подоконник, захлопывая ловушку, в которую я попала.

Его лицо так близко, что мы чуть не касается носами.

— Я не знаю, — моя уверенность спряталась куда-то.

— Я знаю, что ты можешь остаться ради Мишки, если он будет упрашивать. Но я хочу, чтобы ты сама этого хотела, — звучит совсем тихо. От этих слов и интонации по коже пробегают мурашки. — Я скучал.

— Скажи, — поднимаю на него взгляд, мне ведь это очень важно знать, — когда ты вернулся спустя год, ты меня искал?

Он молчит. Но взгляд не отводит.

— Мне донесли информацию, что семья Кайсаровых покинула страну. Все. Я даже не мог предположить, что ты осталась, — говорит он, а я дергаюсь, желая освободиться от его близости. Мне черт возьми обидно, что он сдался. — Рената, да пойми же, — не выпускает, еще ближе придвинувшись. — Я не был уверен, что ты выберешь меня, ведь однажды ты прогнала, отказалась. Сейчас я себя ругаю, — чуть повысил голос и отошел от меня, — да я себя ненавижу за то, что не ринулся искать тебя. Ты не представляешь, как я жалею об этом, — поворачивается и мне самой больно становится от того, что я вижу в его глазах. — Прости. Прости меня. Я знаю, что это, наверное, невозможно. Но пожалуйста, — снова подходит ко мне и касается пальцами моей щеки. — Дай мне шанс. Останься. Это и ваш дом. Вам не надо никуда ехать. Все с тобой спланируем, Мишке сад найдем здесь. Ты займешься чем хочешь. Мне будет легче знать, что возвращаясь с работы, меня ждут дома.

Я слушаю его и не знаю, что сказать. Я ждала этого, да, но кажется не готова была к такому откровению.

— Тороплюсь, да? — усмехается. — Просто не беги от меня, пожалуйста.

— Хорошо, — еле выговариваю. От волнения во рту все пересохло. — Где мы с Мишкой будем спать?

— В моей спальне можете. Кровать там большая, вам места хватит. Я в гостиной на диване расположусь. Там комната пустует, сделаем сыну детскую. Так что все в твоих руках. Берись, если хочешь. А если нет, то можем дизайнера нанять, — заговорил он поспешно, словно боится, что я передумаю.

— Может, — предлагаю, — вместе подумаем над этим?

— Это было бы здорово, — улыбается.

А я не могу глаз оторвать от его губ. Я словно проваливаюсь в воспоминания, где он меня целовал. Страстно, требовательно и моментами грубо.

— Ладно. Давай попробуем. Ради сына я постараюсь, — говорю это нарочно, чтобы увидеть его реакцию и понимаю, что перегнула палку. Последние мои слова его прибили. Взгляд потускнел.

Касаюсь его руки, стараясь смягчить момент. Но он отстраняется.

— Я понял. Спасибо, — усмехнулся, но уже без эмоций.

Почти сразу после этого приходит доставка. Мы ужинаем, почти в тишине. Разве что Мишка тараторит. Макар что-то ему отвечает, а я не слышу будто, так погрузилась в свои мысли.

Сын радостно кричит “Ула” когда узнает, что мы остаемся. Еще больше радуется, что у него теперь будет своя комната. И даже высказывает свои пожелания. Макар кажется увлечен разговором с сыном, но я чувствую, что он в своих мыслях. Иногда ловлю его глубокий пронзительный взгляд на себе.

Затем мы стелем себе свежую постель в его спальне. Хотя мне хочется уснуть на подушках, которые пахнут им, но не перечу хозяину квартиры.

Потом ополаскиваю Мишу под душем. Пока мальчишка возиться с отцом, и я позволяю себе немного расслабиться под струями воды.

— Спокойной ночи, папуль, — прощается Миша с отцом, резво забравшись к нему на колени и смачно чмокает его в заросшую щеку.

— Спокойной, родной, — отвечает мужчина и переводит свой взгляд на меня. Все такой же задумчивый. — Рената, спокойной ночи, — говорит не отрывая глаз от меня.

— Хороших снов, — отвечаю.

Беру сына за руку, и мы уходим в спальню.

Мишка вырубается моментом. Вторую ночь подряд уже так. А я кручусь и не могу уснуть. Прислушиваюсь. Дверь спальни не закрыта плотно. Слышу, как Макар ходит по комнате. Выключает телевизор. Повисает тишина, что я слышу сумасшедший пульс в ушах.

Понимаю, что он не виноват в том, что произошло с нами. Понимаю и то, что повела себя как стерва. И от этого моя совесть еще больше грызет меня.

Пытаюсь понять, что я чувствую кроме вины. Наверное, я все еще люблю его. А Мишке определенно нужен отец. Так может дать нам шанс все исправить?

Макар

“Ради Мишки”. Все ради него. Что, и жить со мной останется ради сына? Даже не сомневаюсь в этом. Я же совсем не этого хотел.

Сон не идет. Все шарахаюсь по квартире. То стакан воды, то умыться. Укладываюсь на диван, а сна ни в одном глазу. Так и прокрутился до рассвета. Все мысли не дают покоя. Что ж мне ее зажать и выпытать что она обо мне думает? Соблазнить и заставить все вспомнить? Но я не хочу силой. Хочу что бы сама. А на это нужно время. Только где его взять? Стоять в стороне и смотреть как без меня растет Мишка? Я хочу вместе. Твою мать, что за головоломка?