— Мм…? — Я вопросительно поглядел на неё. — А где коробки?

— Коробки? — Она приподняла бровь. — Какие коробки? — Тронулась с места и как по подиуму медленно зашагала в сторону кровати. Остановилась возле неё и вынула изо рта леденец. Облизнула его розовую поверхность. — Я имела в виду сумочку. Вот эту! — Виктория взяла в руку сумку и покрутила её на пальце.

— Тяжёлая, наверное…

— Извини. — Виктория попыталась сделать смущённое лицо. Попыталась, но у неё не особо это получилось. Показывать смущение при сочащейся изо всех щелей похоти — задача почти неразрешимая. — Это был лишь предлог.

— Да я уж догадался. — Я присел на кровать. — Ну, рассказывай, чего хотела.

— Познакомиться поближе… — Девушка тоже села на кровать, но с другого края.

— Слушай, я если и кажусь дураком, это ведь не значит, что так оно и есть.

Я еле сдерживался, чтобы не накинуться на Амосову. Она каждым своим движением привлекала меня, заставляя испытывать неуёмное желание. Но…

Ситуация с Аксёновой меня научила, что не нужно верить женщинам. Гормоны гормонами, но разум необходимо всегда держать холодным. И было очевидно, что Виктория пристаёт ко мне не просто так. Я ведь знаю, что тело реципиента хоть и довольно симпатичное, но далеко не настолько, чтобы хотеть его при первой же встрече.

Виктория однозначна чего-то хотела от меня добиться. Вот только чего?

— О чём ты? — Строила она из себя дурочку. — Я правда хочу пообщаться с тобой наедине… а то остальные нам мешают.

Значит, она хочет выудить из меня какую-то информацию. Но, что я могу ей сообщить? Может, эту девку подослали Скуратовы? Они что, уже что-то прознали о нас?

— Ну, давай пообщаемся.

— Да неужели… — Виктория хищно улыбнулась, сняла с себя туфли, и залезла на кровать. Подогнула под себя ноги и облокотилась на них. Стала смотреть мне в глаза, гоняя во рту леденец.

— О чём хочешь поговорить? — Я не двинулся с места.

— Ты такой недотрога! — Хихикала Амосова. — Забавный… ладно, где ты учишься?

— Я ещё не учусь. Вот только школу окончил. Но уже поступил в академию.

— Ого! Прямо как я! А в какую академию ты поступил?

— В Петербуржскую Буквенную. А ты?

— Блин, да это судьба! — Округлила глаза Виктория. — Я ведь тоже туда поступила!

— Да… интересное совпадение…

Так. Вот и первая зацепка. Мы поступили в одно и то же место. Странно… очень странно. Что бы это могло значить?

— Ой. Что-то колется у меня под юбкой… — Нахмурилась Амосова. Я сглотнул слюну. — А-а-а. Это телефон! — Она вытащила из кармана смартфон и откинула его к подушкам. Он приземлился экраном кверху.

— Значит, мы будем учиться в одной академии.

— А может даже и на одном курсе! — Возразила Виктория.

— Ну, если ты так хочешь, то можно попросить распределить нас вместе. В этом не будет никаких проблем.

— Точно! Здорово придумал…

Я всё ещё не мог понять, чего добивается Виктория. Ну, будем мы учиться вместе, хорошо. И что с того? Если она меня пригласила в комнату, то она заранее об этом знала? Но тогда откуда? Сплошные загадки…

— А у вас есть домашние животные? — Спросила девушка.

— Нет.

— Вот блин… и у нас тоже нет. У папы аллергия, а я очень люблю тискать что-нибудь мохнатое и маленькое… так бы могла гостить у тебя, и тискать… а ты больше по собачкам, или по кошечкам?

— Киски — моя любовь, конечно. — Честно сознался я.

Так. Две совершенного несвязанные друг с другом нити разговора. Она что, реально хотела поболтать со мной?

— Правда? Круто…! Если ты их так любишь, то я могу завести кошечку без шерсти. И папа согласится, и тебе будет кого потеребить, если в гости заглянешь! Классно я придумала?

Дальше я попытался увести разговор в немного менее насыщенное сексуальным подтекстом поле, и завёл тему про магию.

— А какая у тебя Буква? — Спросил я.

Виктория подняла руку и опустила указательный палец мне на лоб. Я почувствовал металлическое прикосновение, и по телу пробежали мурашки. Потом она взмахнула рукой, и над нами очутилась розовая Буква «З». Буква двадцатого ранга. Линии её были игривыми и воздушными.

Девушка не стала использовать энергию Буквы, а просто добавила к ней две точки, и получилась забавная рожица.

— Мило.

— А у тебя какая?

Без лишних выкрутасов я вывел в воздухе свою любимую «Ё». Твёрдую и чёткую, как стальная кувалда.

С неподдельным интересом Виктория уставилась на мою Букву. С открытым ртом она заворожённо просмотрела на неё секунд десять.

— Вот это да… это правда…? Буква тридцать третьего ранга… как же тебе повезло… я таких ещё ни разу не встречала…

Я щелкнул Амосовой по подбородку, и та прикрыла рот.

— Говорят, что Бог делает такие подарки не просто так. Слышала что-нибудь о предназначении, данном свыше?