Сразу после празднования Нового года Лиза поинтересовалась у Сони, почему та сахарный завод выстроила именно в Вырке.

– Во-первых, это очень вонючий завод. Я после школы год на таком отработала. В бухгалтерии, но и там нанюхалась на всю жизнь, а в Вырке все равно кожи выделывают, вымачивают их в моче и дерьме, так что запаха сахарного завода они и не заметят. А во-вторых, заводу нужно много народу, а там как раз людей достаточно. Не то, чтобы для массового производства достаточно – я просто не ожидала, сколько в этом году свеклы они вырастят.

– Если сахар римлянам продавать даже по двадцать денариев за кило…

– Можно еще в Орле завод построить, даже, пожалуй, нужно. Но и этот, если туда поставить кое-какие машины… если хочешь, я списочек подготовлю. Там на самом деле немного, можно довольно быстро все сделать. Но в любом случае потребуется электричество, так что сама подумай, этот расширить или все же в Орле новый поставить.

Лиза внимательно изучила список нужного оборудования, подумала, «посовещалась со специалистами»…

– На Вырке можно плотину поставить метра на четыре и ГЭС на две сотни киловатт, – высказал свое мнение Вова. – Зимой, конечно, с нее хорошо если сотню снимать можно, а скорее только пятьдесят получится – но заводу и этого хватит. Если Ходана поднапрячь, он плотину за пару месяцев поставит, а турбины с генератором… я думаю, что проще будет туда воткнуть четыре по полста киловатт, одну я точно к маю уже сделаю, а может и две. Еще две можно будет и через год добавить, если потребление вырастет.

– Вырастет. Я уже не говорю о том, что Лера в школе лампочек тут же понаставит…

– Когда вырастет, тогда и стараться будем. И вообще, лучше уж для освещения отдельные генераторы ставит, киловатт на пять – десять. Моторы-то на заводе напряжение в сети дергать будут, а лампочкам такое не понравится.

– Тоже мысль неплохая. А что скажут дамы?

– Дамы скажут когда Вова выйдет и дверь закроет поплотнее, – хмыкнула Ксюша. – Вот нахрена на сахарном заводе турбодетандер?

– Грубая ты стала, Ксения Андреевна. И ленивая, – не удержалась Лиза. – Чтобы сахар чистить через раствор пропускают углекислый газ, причем тоже чистый, сколь ни странно. Сейчас его там добывают, если приличное слово подобрать, гася поташ уксусом – а у нас, сама понимаешь, избытка поташа нет. Ладно, после поташа они уксуснокислый калий в поля увозят – хоть какая-то, но польза. Однако поташ и для другого более чем годен.

– А из печки газ…

– А чтобы «из печки», детандер как раз и нужен. Сначала воду известью вытащим, затем нужный газ выморозим – и вот у нас уже чистый газ добывает нам чистый сахар. Но это – девайс четвертой очереди срочности: Соня уже провела среди заводчан воспитательную работу и они уже очищенный печной дым туда качают. Хотя и тут насосик не помешал бы, мехами качать все же непроизводительно… Что насчет терок и сушилок?

– Остальное я за месяц сделаю. После того, как Вова сталь для ножей в своем котелке сварит. А ванны…

– Предлагаю чугунные эмалированные, на двести пятьдесят литров, – высказала свое мнение Света. – Если те, что мы для наших ванных комнат отлили, подойдут, то сколько угодно выдам, по одной в сутки, и хоть завтра начну: деревянные-то модели для формовки давно готовы.

– Вот и договорились. Соня, с тебя технологические схемы расстановки оборудования – я Катю попрошу и цеха спроектировать вместо нынешних сараев. Вова, с тебя моторы подо все и генераторы для новой ГЭС, Ходану сам все скажешь. Веру Сергеевну я отдельно попрошу придумать что-то насчет упаковки для сахара и подумаю, как его побольше грекам и римлянам загнать. Ничего не забыли?

– Забыли, – вступила в разговор Люда. – Калий. Навоз от жмыха – это хорошо конечно, даже великолепно. Но вынос калия из почвы все равно будет очень большим, никаким навозом его не компенсировать. Без калия мы все наши поля угробим лет за пятнадцать, даже быстрее.

– Я помню, ты уже много раз говорила. Лет десять продержимся?

– Думаю да. Но вряд ли многим больше.

– Через десять лет калий будет. Почти наверняка будет. Ладно, расходимся и делаем что можем. Михалыч, вы про закупку меди хотели поговорить? Давайте, как раз время обеда – думаю, за тарелкой щей все ваши вопросы и обсудим…

Маркус в начале апреля спустил на воду еще один катер. Так как многим учительницам приходилось теперь часто кататься между городами, а основной дорогой все еще оставалась река, то он постарался, чтобы времени на дорогу тратилось как можно меньше – и новый катер, получивший, наконец, личное имя «Тульский пряник», стал действительно «скоростным видом транспорта». Скоростным – потому что кроме двух бензиновых моторов он обладал и подводными крыльями (Маркус где-то откопал руководство по уходу за катером «Волга», где, среди всего прочего, были и довольно подробные чертежи крыльев). А «Пряником» катер стал из-за того, что судостроитель как-то сказал, что получился он «красивым, как тульский пряник». Что в чем-то истине соответствовало: верхняя часть корпуса, сделанная из яблоневых и кленовых реек, узором (а, главное, цветом) этот пряник очень напоминала. Ну, вероятно, у молодого германца были довольно своеобразные представления о красоте… Впрочем, дизайн этой облицовки юный судостроитель практически скопировал с найденной фотографии «оригинала».