Замечание о скорой смерти императора заставило Марка Ливия Павла к изучению нового языка отнестись максимально серьезно. Правда его очень удивило то, как ему этот язык предложили учить – но у богинь свои способы решения любых проблем. Уже через неделю сидения у волшебного окна Марк большей частью понимал что говорят люди вокруг и даже сам кое-как смог изъясняться. С изрядным трудом, но даже полученных крох «новых знаний» ему хватило, чтобы узнать, что столь заинтересовавшая его… женщина носит вполне римское имя Валерия и – что не привело его в изумление лишь потому, что он счел свои знания языка недостаточными – «она работает богиней Истории». Работает богиней! Наверное, подумал он, язык нужно еще тщательней поизучать, а то назовешь ее как-нибудь неправильно, а она и обидится. Правда когда он попытался обратиться к ней «divа Valeria», та строго указала, что ему положено ее называть исключительно «cara Valeria» и никак иначе. И вообще всех, кроме разве что Верховной богини и ее матери, которых должно именовать не иначе как «Divina Elizabeth» и «Deа Marina», ко всем прочим нужно обращаться лишь используя термин «cara», то есть «уважаемая». Правда, к старшей дочери Верховной можно обращаться и как к «Diva Catharina Magna», но с ней Марку пока повстречаться не удалось. Как и понять, что ехидная cara Valeria всего лишь тонко троллит остальных женщин…

Впрочем, всю вторую неделю Марк вообще ни с одной из богинь близко не встречался, иногда лишь видя их издали. Под жилье ему отвели небольшой дом примерно в стадии от жилища Верховной (один из молодых парней, каждый день провожавших его к месту обучения, сказал, что это бывший дом «уважаемой Полины Николаевны»), а учился он в большом здании, стоящем еще стадием дальше. В этом же здании несколько богинь чему-то обучали с огромное число детей, но сам Марк весь день проводил в отдельной комнате с выходом на улицу и ни с детьми, ни с богинями не пересекался. Да ему и не хотелось отвлекаться: изучение языка богинь он считал теперь самым важным делом нынешнего путешествия – если не самым важным в жизни. Хотя все же нет: самое важное в жизни он сделает когда овладеет языком.

Спустя две недели его посетила Лера, расспросила о том, как проходит учеба, после чего сказала, что «для разговора с Верховной стоит еще недельку подучиться, по полдня будет достаточно», но его знаний уже хватит чтобы начать обсуждать разные вопросы с самой уважаемой Валерией. Просто потому, что сама она все же латынь понимает – хотя и говорит не очень хорошо, а разговоры с ней «дадут практический опыт» уже Марку.

В том, что эта женщина действительно является богиней, и именно богиней истории, Марк перестал сомневаться сразу после того, как она – отвечая на первый же его вопрос – сказала:

– Гордиана убьют солдаты во время войны с Сасанидами. Чтобы этого не случилось, нужно сделать эту войну более успешной, ну и существенно сократить собственные потери римлян…

О том, что император стал обсуждать – всего лишь обсуждать! – планы такой войны, знало очень немного людей, и началось это обсуждение всего лишь за пару недель до того, как сам Марк отправился в поездку – а уважаемая Валерия спокойно перечислила и все легионы, которые должны были принять участие в войне, и как бы мимоходом заметила, что зимой Тимеситий умрет от болезни…

– Лично я думаю, что сейчас даже Дарья, не говоря уже о Веронике, смогли бы вылечить Тимесития. Правда сама я в болезнях не разбираюсь, да и без осмотра больного ставить диагноз все равно, что по портрету человека узнавать, что ел его дед за полгода до смерти. Но я точно знаю, что ставить на место Тимесития Филиппа Араба для Гордиана равнозначно подписанию собственного смертного приговора.

– Вы так думаете?

– Я так знаю. После того как Филипп Араб убьет руками своих солдат Гордиана, он станет императором – и за несколько лет перебьет пяток других претендентов на этот пост. Пока его самого не убьют в битве, а сына и соправителя не прирежут преторианцы, сделав императором Гая Мессия Квинта Деция. Вот он – очень даже неплохой император, даже жалко что погибнет в битве… Но если вылечить Тимесетия и заранее приблизить Деция…

– Деций – враг Гордиана.

– Деций – друг империи, а у императора нет личных врагов, есть лишь враги империи…

– Что мне нужно сделать?

– Не знаю. Попробуйте уговорить божественную Елизавету отправить к вам Дарью… а я подумаю, как сделать войну с Сасанидами более успешной для Рима. Здесь у нас есть и общий интерес: мне тоже очень не нравятся жадные Сасаниды… а теперь я тоже хочу вас кое о чем расспросить…

Разговоры с Валерией длились по несколько часов, причем Марк не понимал, почему богиню интересуют какие-то бытовые мелочи. Но чуть позже, задавая свои вопросы, он догадался, что Dea Historiae все важные вещи и сама знает, причем на годы вперед, а о мелочах расспрашивает не из обычного женского любопытства, а для того, чтобы он, Маркус, лучше научился выражать свои мысли на новом языке. Но даже не думал о том, что каждый вечер Лера довольно подробно пересказывает Лизе тезисы их разговоров.

Конечно, Валерия тратила не очень много времени на общение с римлянином, но и в остальное время Марк «подтягивал разговорные навыки», общаясь с довольно многочисленными жителями Школы. Как довольно юными, так и взрослыми – и его, опытного дипломата, больше всего удивляло то, что все они старались очень подробно отвечать на его вопросы – на любые вопросы. Хотя многие ответы Марк и не понимал. И вовсе не потому, что еще плохо освоил новый язык. Например, он узнал, что прекрасную сталь делают на заводе. И сладкий сахар делают на заводе. А еще на заводе делают удивительные машины, с помощью которых один ткач – причем как правило здесь это были совсем юные девушки – за час ткал три локтя очень хорошей ткани… Катер так быстро плывет потому что мотор крутит винт. Что такое «винт», Марк уже выяснил – но как это помогает катеру плыть, понять не мог. Через несколько дней он просто перестал задавать вопросы…

Почти перестал, но в конце третьей недели задал Валерии очень важный и для него, и для Империи вопрос:

– Вы считаете, что мы можем стать союзниками? – от самой этой мысли у Марка внутри что-то вздрогнуло.

– Нет конечно, – уважаемая Валерия нехорошо, как показалось Марку, улыбнулась. – Нам не нужны союзники. Мы просто можем оказать вам помощь…

– Я слышал, что вы делаете прекрасные мечи…

– Я сказала, что подумаю как мы можем помочь вам, а не чем помочь. Об оружии разговаривайте с Елизаветой.