– А если всерьез?

– Четыре пулемета и по десять дисков на каждый из них первый натиск, конечно, отобьют. Приезжал купец из Нимфея – сам, кстати, сармат – так он говорил, что сарматов по дороге от Молочного лимана, где условная граница готской оккупации, до Танаиса хорошо если тысяч пять-семь наберется. А готы только из Крыма могут тысяч тридцать выставить. Другое дело что такой толпе в Танаисе особо не поживиться, но тысячи три, а то и пять вполне могут и проскочить до города, и пограбить всласть, тем более что и сарматы по дороге из других племен, не донские, пропустить их запросто могут. Я думаю, что это всего лишь вопрос времени.

– Знать бы какого… Что еще интересного?

– Ангелика сказала, что Воронеж они выстроят к следующему лету. В смысле крепость выстроят. Местные сарматы к ним не ходят – там пока грабить еще нечего, но она просила передать, что было бы хорошо туда отправить еще с тысячу человек когда крепость будет закончена. Сколько народу школа выпустить успеет?

– Примерно тысячу к новому году, столько же в апреле и около полутора тысяч в июне. Но по плану в Воронеж должны поехать примерно пятьсот…

– Ангелика просила тысячу сверх плана. Но с семилеткой, в воронежских школах учительствовать, человек сто, остальных можно и без образования, главное чтобы руки были которыми арбалет держать.

– Она думает, что тысяча мужиков с арбалетами отобьются от армии готов?

– От готов она сама отобьется, вдвоем с Корочем. Она его научила обращаться с пулеметом… неважно. Тысяча мужиков ей нужна чтобы ставить небольшие поселки вниз по Дону и вверх по Девице – это речка там такая…

– Я знаю.

– Лес там ведь сильно не сплошной, она решила сельским хозяйством заняться. Из Танаиса уже приволокла три десятка коров… кстати, я шесть коров и пару бычков сюда привезла, в Танаисе с коровки больше десяти литров молока доят. Так я об чем: весной надо бы мне снова в Танаис сплавать… ты Колю со мной отпустишь? Я с двумя пулеметами, он, Тамара с Ларисой обещали с нами прокатиться. Потому что скорее всего готы на Танаис в конце следующей весны пойдут.

– И почему это?

Лера, сидящая с младенцем в углу кухни и до этого молча слушавшая разговор, аккуратно отодвинула заснувшего сына от груди, не спеша застегнула кофту:

– Потому что Марк наш Ливий Павел месяц назад отбил нападение готов на Дакию. Хорошо так отбил: если не врет, то римляне только готов положили за двадцать тысяч и рабов захватили около тридцати. Еще попутно карпов практически на ноль помножили, но это мелочь. А вот с готами для нас все стало сложнее: римляне их выбили за Днестр, и им между Днестром и Днепром стало несколько тесновато. Снова на Рим они пойти побоятся, так что за зиму они слегка отдохнут, сконцентрируются – и рванут на восток. Они же не дураки, и в курсе, что через Танаис Рим с нами торгует – а это источник их военной силы.

– Ага, сейчас посуда эмалированная и мыло римлянам столько сил военных дает!

– Готы пойдут на Танаис в любом случае.

– А Ника туда сына моего взять хочет…

– Не взять, а пригласить: парню все же двадцать уже, у самого сын… ты лучше за внуком пригляди пока твой сын будет воспитывать готов. К тому же он ведь не один поедет, а вместе со своими гвардейцами… Ты не волнуйся, это ненадолго.

– С какими-такими гвардейцами?

– Ну… не все, как вы с Мариной, считают что только богиням нужно стрелять по врагу, некоторые уже догадались, что в секрете нужно держать только технологию изготовления патронов. Ника же тоже своего Олюшу работе с пулеметом обучила. А Коля твой набрал пару дюжин парней из тех, кто в нашей школе с ним обучался, выдал им фольксшурмгеверы… этот его гвардейский взвод римский легион за пятнадцать минут положит, а тут какие-то дикие готы…

– Кстати, откуда тут вообще столько готов образовалось? Мы пять тысяч человек едва за четыре года перевезли на триста километров…

– Ты серьезно?

– Что «серьезно»?

– Спрашиваешь серьезно?

– Ну да…

– Ладно, повторю еще раз: никакого «великого переселения народов» не было. Понятно?

– Не очень…

– Тогда слушай: приперлось из Готии несколько сотен бандитов, поубивали местную знать, сказали, что они теперь тут главные. Своих солдат поставили десятниками, сотниками – и вот уже не пять сотен готов, а пять тысяч вооруженных вестготов – из которых готами являются все те же пять сотен. А у новых воинов и семьи тут же, всякие скотоводы-крестьяне – и готов становится уже тысяч под тридцать. Эти свеженапечатанные готы еще пяток местных племен захватывают – и вот уже сотня тысяч готов готовы. Если ты помнишь историю Болгарии…

– Не помню.

– В общем, с волжской Булгарии туда приперся хан Крум… или Аспарух, точно не помню, с толпой человек в двести. И полмиллиона местных славян сразу стали болгарами, хотя большинство из них так и не узнали до самой смерти, что ими правит какой-то хан и они теперь болгары. Понятно?

– Понятно. Пришли невесть откуда шестьдесят четыре бабы… То есть сарматы, по сути, с такими же сарматами воюют, только у одних вожди старые, а у других пришлые.

– Примерно так оно и есть, только вот сейчас готы еще народ с севера подтягивают. Но тоже не сотни тысяч, всего, как я прикидываю, тысяч пять успело подтянуться. Хотя для Танаиса это положение лишь ухудшает.