Добравшись до выхода, он потер заднюю часть шеи Дэни. Ощущение его ладони было приятным. Но мысль о том, что этот манекен у Тони не давала расслабиться. Тело Ингрид – точная копия ее собственного тела.

И она представила Энтони в постели с обезглавленным телом: он ласкал ее, целовал, трогал интимные части.

– Осторожнее!

Дэни надавила на педаль тормоза. Шины автомобиля взвизгнули, и машина остановилась в нескольких сантиметрах от задней части фургона, ожидающего возле светофора.

– Ты в порядке? – спросил Джек.

– Да. Теперь да.

ГЛАВА 14

Синтия Гэйбл подняла бутылку вина к свету и встряхнула ее. Через затемненное стекло она наблюдала за тем, как колышущиеся волны напитка бьют о пробку. Словно маленькая лодка в море Бургундии. Она держала бутылку устойчиво. Волнение ослабло. Пробка лениво раскачивалась в разные стороны. Мюррей всегда извлекал пробки оттуда.

Перегнувшись через журнальный столик, она протянула руку. Горлышко бутылки оказалось напротив бокала.

Женщина старалась держать устойчиво, но палец соскользнул с бутылки в тот момент, когда она наливала. Часть вина попала на край бокала и потекла ниже, сделав блестящую лужицу на столе. Но большая часть, все же, попала в бокал. Она отпила. Прохладные капли коснулись кожи и потекли между грудей струйкой. Она вытерла их пальцем и облизала его кончик. Немного попало на ночную рубашку. Затем женщина облизала основание бокала, скользнула языком по его ножке до закругления снизу, нашла языком ободок и отпила еще.

Ее глаза встретились с экраном телевизора. Показывали Сэнди Чанга. Выпуск новостей. Что случилось с шоу? Возможно, перенесли на более позднее время. Так. Что у нас здесь? Ах, да. "Даллас". Должно быть позже.

Она допила вино. Поставила бокал рядом с лужицей, подхватила бутылку и перевернула ее. В бокал скатилось несколько капель. Затем пробка скользнула к горлышку бутылки, будто пытаясь выйти, но вовремя остановилась, а когда упала на дно, то Синтия убрала бутылку.

Мертвый солдат. Так их называл Мюррей. Не пробки, а бутылки.

Зазвонил телефон. Постанывая, она поднялась с дивана и засуетилась над журнальным столиком. Синтия увидела свое отражение в зеркале над камином. И не узнала себя. Подняла брови, криво усмехнулась в сторону и махнула рукой.

– Привет, красотка, - сказала она и подмигнула.

Женщина в зеркале подмигнула в ответ.

– Извините, извините. Сейчас я возьму трубку.

Она обошла журнальный столик. В темной комнате оперлась на спинку стула и затем тремя длинными шагами добралась до дверного проема кухни. Облокотившись, сняла трубку телефона.

– Алло? – произнесла она, внимательно слушая.

И услышала низкие, произнесенные с придыханием звуки.

– Ссссс... тссс... ааа...

– Вот легко тебе говорить, - сказала она с вырвавшимся наружу хихиканьем. – Ну же! Кто это?

– Ссс... Синтия?

– Просто Синтия.

– Кто это?

– Ххх... холодно.

От низкого звучания голоса холодок побежал по спине. Она скользнула рукой вниз по стене и нашла выключатель. Кухню залил яркий свет.

– Я не в настроении шутить, - сказала она.

– Я... скучаю по тебе... Синтия.

– Лучше скажи кто ты??

– Ты... забыла меня... так быстро?

Она повесила трубку.

– Придурок.

Синтия потерла руки. Мурашки поползли по коже. Соски затвердели так, что стало неудобно от соприкосновения с мягким кружевом пеньюара. Она уже была готова снять его с себя, чтобы телом почувствовать уют, а потом принять еще глоток или два вина.

Женщина открыла холодильник и достала оттуда длинную тонкую бутылку "Шардоне".

Телефон зазвонил снова, заставив ее подпрыгнуть, и она схватила трубку.

– Алло?

– Синтия, - произнес тот же низкий голос.

– Кто это?

– Я... Я хочу тебя... Здесь так темно и так холодно...

– Кто это?

– Ммм... ммм... Мюррей.

Бутылка выскользнула из ее рук, стукнулась об пол, но не разбилась. Откатилась на несколько дюймов и остановилась.

– Ты больной.

– Нет. Я мертвый.

– Больной извращенный ублюдок. Я звоню копам.

– Ах, Синтия, мне так холодно. Я хочу твоего тепла, хочу заняться с тобой любовью.