Шрифт:
— Да вы чокнулись!
Валери рванулась, а я побежала. Ее каблуки против моих туфель — проиграет! Не догонит ни за что! Долетела до лестницы, промчалась по ней и, как оказалась на этаже, свернула к выходу. Не спасаться на улице, а к охране — к любому, кто попадется из сотрудников. Сектантка ослеплена, и мне нужно, как воздух, чтобы та завязла в разборках хоть с кем-то, и не вспомнить об оставленной сигаретнице! Эту вещь должна заполучить я!
— Помогите!
Как же прекрасно, когда твой противник не может бороться с чувствами. Валери действительно глупо, только на жажде расправы, гналась за мной, забыв о том, где находится. Я дала себя догнать в холле, подставилась под руки, жестко схватившие за плечо и снова за несчастные волосы. Стерпела пинок по икрам — прямо на глазах у человека в белом халате, и на глазах у двух дежурных охранников.
— Что происходит?! Немедленно прекратите!
Сектантку от меня оторвали. Задержали. А я со всех сил кинулась к курилке. Шум и вопли остались за спиной. Юркнула в коридор, потом в комнату, схватила с пола коробочку и побежала в другое крыло — куда угодно, лишь бы затаиться. Здание большое, пустят не везде, но уголков много. Даже если Валери освободится через две минуты, я успею спрятаться сама. Или спрятать ее ценную сигаретницу!
Память сама сработала и ноги донесли — конечно!
— Троица!
Забарабанила в знакомую дверь с табличкой и на шею кинулась, едва тот открыл.
Возвращение Троицы дожидалась долго. Он запер меня, уверив, что ключ есть только у него, никто посторонний не зайдет. Я нашептала одно общее сообщение о сигаретнице, озвучив опасение, что на той может быть маячок и устройство при себе нельзя держать долго, тем более тащить на любую из наших точек. Отправила, и от Вилли пришел ответ первым — он все устроит и быстро!
Троица вернулся с новостями, что Валери из клиники так и не уехала. За выходку ей ничего не будет, не тот у нее статус, и…
— Ищет. Из уборщицы душу вытрясла. И тебя тоже ищет.
— Как мы выйдем?
— Не знаю. На пропускном пункте ей доложили, что ты не покидала здания. Разберемся, не волнуйся.
— Троица… — я шептала. — Со мной что-то случилось. Валери в комнату с некромантами заперла, а реакции не случилось. Ни у них, ни у меня. Возьмите на анализ что угодно, только скажите — что сломалось? Почему это произошло? Я что, превращаюсь в обычного человека?!
Он удивленно приподнял брови и задумался. Я сидела как мышь в уголке — за его рабочим столом возле окна, готовая юркнуть в единственно слепое место, если постучится нежданный коллега, которому нельзя не открыть.
— Вы ни в чем не ошиблись?
— Там был Алент. И еще семеро в робах. Полная комната — и ничего!
— Попейте, Ева. На вас лица нет. Надо думать… как же…
Троица подал стакан с водой, сел на свое место и схмурился.
— Да какой же тут анализ поможет… озадачили. Не могут же быть там все такие, как Констант.
— Троица, мне жутко от непонимания… регенерат работает, даже сверх нормы, от Валери вонь убийственная просто! От вас тоже чую, запах смертей сейчас, когда мы оба здесь, а сигаретница не у вас в руках. Я — некромантка. Некромантка…
— Это загадка, но мы ее решим.
В кабинет никто не ломился и настораживающих шагов из коридора не слышалось. Все, кто не дежурил, по большей части давно уехали домой, клиника затихала. Троица еще раз сходил на разведку, и вернулся с хорошей новостью — Валери пришлось уехать. Ее об этом сдержанно вежливо попросил глава учреждения, а его приказы для охраны были выше чем капризы инквизорской психопатки. Ту прямо под руки вывели.
— Но мы сразу не пойдем. Представляю, сколько эта женщина оставила глаз снаружи, если с ней ее люди. Дождемся подмоги и всех обхитрим. Ева… — Троица сменил тон и очень неуверенно, сомневаясь в каждом слове, спросил: — А больше с вами в последние дни ничего необычного не было? По ощущениям, самочувствие как? Недомогания были?
— Идеальное, я здорова!
— Хорошо… да… но я вот, что думаю. У вас с Константом не было реакции друг на друга, потому что он не мог физически зачать ребенка. Ваша природа считала это лучше всякого анализа. Может быть так, что теперь не некроманты, а вы причина — вы не можете забеременеть.
— Я знаю, что не могу забеременеть.
Поразилась, что Троица сказал это так, будто делал открытие! Это факт, о котором столетиями и так известно!
— Потому что вы уже… в положении.
Глава восемнадцатая
Троица почти выносил меня из клиники. Ноги не хотели слушаться и отказывались двигаться правильно. Я миновала пропускной пункт здания, но за ворота пришлось идти без него. Едва держала в голове, что должна добраться по открытому участку, где точно никто из секты не схватит, до первой лавочки — там меня ждали Вилли, Варита и Элен. Друзья встретили, нас много, не подъехать на машине и не похитить…
— Обаяшка! Наконец-то, идем гулять и веселиться!