С ним ей было как-то ровно обо всем говорить и допустить многие варианты… Но, вот правда, что бы Ярик не говорил, а в постели с ним себя представить не могла… Тем более после такой обрисовки ситуации. Все так разумно, четко, по полочкам… А страсть? Она такая разве? Весь ее опыт опровергал слова Ярика об этой стороне жизни. С другой стороны, весь ее опыт строился на отношениях с Даном. А если оценить здраво эти самые отношения в целом, то они больше на психиатрическую патологию похожи. Когда через боль, обиду, упреки…

Быть может, и правда, имеет смысл попробовать нечто иное, пусть сейчас и подворачивает от одной мысли, чтобы позволить кому-то коснуться себя. Хотя… ее не мутило, когда Ярик целовал. Не вспыхнуло ничего, да, не взорвалось внутри, как это всегда было с Даном. Ну так и не противно, и не обожгло, оставив после вспышки страсти только пепелище от сердца и души.

— А контракт у нас будет? — поинтересовалась больше с иронией, еще не решив ничего.

— Конечно, это позволяет сразу очертить, кто и чего ждет от другой стороны, и чем готов или не готов жертвовать в случае расторжения данного договора, — так же спокойно кивнул Ярослав. — Имущественные вопросы снова-таки.

Казалось, он совершенно не волновался и не беспокоился о ее ответе. Был так уверен, что Юля согласится? Или все, саму ситуацию, воспринимал настолько философски?

— Я сбита с толку, — придерживаясь выбранной тактики полной откровенности, признала Юля, откинувшись на спинку своего кресла. При этом она непрерывно изучала Ярика, пытаясь понять, где подвох. — Обычно люди все же больше ориентируются на эмоции, когда выбирают себе мужей и жен.

Ярослав усмехнулся, наоборот чуть подавшись вперед, словно воспользовавшись предоставленным ему местом.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, но ты не выглядишь обретшей рай на земле, благодаря своим чувствам к младшему Саенко. Да и он счастьем не искрил, насколько я видел, — без насмешки сейчас, очень тактично на самом деле проговорил Ярослав.

Юля скривилась, но кивнула, смысл спорить с правдой?

— Так что, можно допустить, что такой способ не очень гарантирует удачу в браке и благополучное процветание семьи.

— Но и расчет… — начала было Юля, имея, что возразить.

Однако Ярослав поднял руку, будто прося дать ему возможность договорить. Юля кивнула, замолчав.

— Согласен, что и тут сто процентной гарантии никто не даст. Но и твой, и мой опыт в бизнесе показывает, что сделка, в которой заранее все оговорено, редко приносит плохие или неожиданные результаты. Скорее, наоборот, такие решения обычно работают хорошо и долго, — Ярослав провел в воздухе рукой, словно подводя черту под разговором.

— А если ты все-таки встретишь кого-то и влюбишься? Через год или два? Тогда что? — поинтересовалась Юля.

— Я? О тебе речь не идет? — хмыкнул мужчина, рассматривая ее с каким-то непонятным интересом. — И почему ты не допускаешь, что мы вполне можем «влюбиться» друг в друга? — он даже характерным жестом пальцами выделил это слово в речи, как бы кавычки ставил. И говорил так, будто ему весьма забавно.

Юля промолчала.

Она еще Дана не разлюбила, чтобы заявлять, о готовности к новым чувствам. И… Юля очень ярко помнила, что любимый поразил ее с первого мгновения. Не сразу любовь вспыхнула, да. Но чувства, эмоции, мурашки по коже и сердцебиение, разрывающее грудь, при каждом взгляде на Богдана… Ничего не забыла.

С Ярославом она не испытывала чего-то и отдаленно похожего.

— Я уже как-то нахлебалась любви. Кажется, пока по горло, — без всякого веселья, скорее с горечью и сарказмом над собой, произнесла Юля. — Но почему ты так уверен, что не влюбишься, Ярик? Откуда гарантии?

— Мне тридцать семь, Юль. И пока чаша сия миновала меня, надеюсь, и дальше повезет настолько же, — немного шутливо пожал плечами мужчина. — Также за эти годы я успел понять, что мне необходимо и, главное, кого я хочу видеть рядом, что ценю в людях. Прости за немного коробящую тебя, возможно, расчетливую принципиальность, но ты мне подходишь по всем этим параметрам. Однако, если тебе так будет комфортней, мы можем прописать все, что вызывает твое беспокойство и варианты решения подобных вопросов, — закончив, Ярослав вновь откинулся назад, не отводя взгляда от Юли.

А она молчала еще минут пять, наверное, просто глядя на собеседника, которого уже вполне другом считала. Ярослав не мешал, не говорил тоже больше, очевидно, высказав все, что хотел, и не видя смысла в пустословии или ажиотаже. Не мешал ей обдумывать все, что только что прозвучало.

— Я должна подумать, Ярик. Надеюсь, ты понимаешь это и не будешь против. Но сейчас я не в том эмоциональном состоянии, чтобы дать однозначный ответ. И не хочется принимать важное решение и для тебя, и для меня, руководствуясь обидой на отчима, — наконец вздохнула Юля.