В голове опять возникли картинки того вечера, когда мы в подвале сражались с Клео: я, Вадим, Пради, Мельхом, но кто был пятым?.. Такое чувство, что в памяти чего-то не хватает. Вырван кусок, как у Хиггинса.

Кстати, Хиггинс сейчас официально правая рука Вадима. А Вадим всё так же мой подчиненный.

Не то, чтобы Ермак был мною доволен, как главой правления, но у него есть все права показать мне, где именно я ошибаюсь.

И он это делает. Регулярно, жёстко, на столе.

По спине прошла дрожь, я посмотрела в потемневшие глаза Вадима. Кажется, не я одна вспоминаю, почему именно сегодня мои чулки были разодраны.

— Как давно она Верховная? — Спросила София, которая успела сбегать в дом за текилой и вернуться.

— По-моему, вечность, — пожала плечами. Я не помню других Верховных Ковена на своём веку.

Лиза достойна своего звания. И согласилась хранить тайну Софии, что было хорошим признаком.

— Дети! У меня для вас подарок! — В сопровождении Фундуса к нам выплыла Элеонора, неся в руках кипу бумажных пакетов.

Вадим подскочил к матери, чтобы помочь ей. Кстати, я всё-таки выяснила, что случилось с биологической матерью Ермака. Всё просто и одновременно грустно — её убила Клео.

Глядя на Ермака сейчас, его можно было не узнать. Да, в принципе, его мало кто сейчас узнавал. Он будто начал жить. Иногда ночами мы как безумные танцевали, иногда спорили на всякую ерунду, когда не были заняты вещами поинтереснее.

Он стал меньше работать и проводить больше времени, наслаждаясь жизнью.

— Сейчас привезут еду, София, на тебе коктейли, — командовал Вадим, — Пради, следи за Фундусом. Диана, на тебе приборы.

Я пошла в дом, не переставая улыбаться про себя.

Как бы то не было, я всё же исполню клятву, данную Курде. Его род не прервется, не на Вадиме.

Чуть позже я сообщу ему, что благодаря какому-то счастливому року, у него будет наследница…