— Да что вы такое говорите, Сергей Аркадьевич? Чтобы мы? Пропустили химию? Никогда, — заверяю его, отдергивая ладонь, которая живет своей жизнью и тянется к сосискам. — Умирать буду, но приду.

— Ох, Немцова. Не ожидал я, что наша самая умная студентка прогуливать занятия станет.

— Так я и не прогуливаю, — выпрямляю спину, мотая головой. Умная студентка как-никак. Вид соответствующим быть должен. — Я отдыхаю, Сергей Аркадьевич. Жуть как на истории устала. Гражданская война тема сложная, после нее как минимум отойти нужно.

— У нас свободное окно, — вставляет Анька, как и я, на пакет зыркая.

— Так это же замечательно, — воодушевляется мужчина, начиная папки свои с места на место перекладывать. — Анна, раз вы свободны, то у меня к вам будет просьба отнести в деканат мои отчеты. Сам бы справился, но там очередь из таких же преподавателей. Быстро не пройдешь, а ко мне дочь вот-вот должна подъехать. Буду вам очень признателен за помощь.

— Конечно. Я отнесу. — Алипатова встает с места, подхватывая сумку с пола.

— Спасибо. — Химик отдает ей несколько папок и повторяет ее действие. — Все-таки как хорошо, что я сюда завернул.

Конечно, хорошо ему. Никто и не сомневается. Вон сколько сдобы с собой прихватил. Мой желудок бунтует и требует справедливости.

Поэтому жду.

Не, он совсем не собирается делиться с лучшей студенткой? Ну, я так не играю. Пусть Анька одна к ректору тащится. Тем более меня уже недавно посылали в библиотеку. Теперь я скептически отношусь к подобным просьбам преподавателя. Мало ли, вдруг по пути Суханова с Любаней встречу. Нетушки. Мне и здесь комфортно.

— Немцова, вставай. Отнесем папки и спустимся, — подталкивает меня в плечо подруга, когда я и с места не сдвинулась после того, как мужчина в сером костюме скрылся за дверью.

— Анна, вы разве не слышали, что обращались только к вам? Про Полину не было и речи. Так что не задерживайтесь и вперед. Ректор, говорят, ждать не любит, — деловитым тоном отвечаю ей.

— Полин, ты прикалываешься? Пошли.

— Не-е-т. Мне библиотеки хватило. Я пас. И ты давай быстрее, через двадцать минут здесь не протолкнуться будет. Я не смогу вечно обороняться, защищая наши места.

С высунутом языком Анька покидает меня, бурча что-то себе под нос. А я остаюсь и продолжаю пялиться на дверь, из которой в любую секунду может выйти наш повар с подносом вкусняшек в руках. Раз черствые булки вчера были, значит, сегодня всё свеженькое. Прям из печи. Да мне совесть не позволит проворонить подобный момент.

— Теть Галь, мы пришли. — Меня к месту приморозили. Спиной такой холод почувствовала, что ни один обогреватель не согреет. Это же сам Корнеев.

— Теть Галь, не кормите его. Он вчера от моих котлет отказался. — А это, судя по голосу, его жена Наталья.

Ну точно.

— Капустная бурда не может называться таким приличным словом, как котлеты, — отвечает Данька, обнимая девушку в тот момент, когда они вместе проходят мимо моего столика.

Уходить надо.

Не буду же я мешать новоиспеченной ячейке общества булки казенные трескать. Так, надо Алипатову предупредить, что я смылась с насиженного места. Но сразу не смогла уйти. Загляделась на парочку. Вот серьезно, милые они. Тот момент, когда со стороны видно, как они подходят друг другу. Темноволосый парень и маленькая блондинка. Ох, а как он смотрит на нее. Даже принц Гарри не смотрит таким восхищенным взглядом на свою Меган. М-м-м.

Всё. Позавидовала — и хватит. Когда-нибудь и у меня появится подобный Гарри Корнеев.

— Капуста? Не, не зовите меня в гости. Не приду. Хотя и не собирался. Кто вообще захочет к вам в гости идти, если вы после еды заставляете посуду за всех мыть? Никто.

С этими словами в помещение влетает Суханов-зая-гад-Назар.

Все-таки права я была, когда говорила, что просьбы Аркадьича до добра не доводят. Меня так точно.

Истеричка внутри меня орала в голос, выдергивая на себе волосы. Я понимала, что у меня нет ни единого шанса испариться на этом самом месте, кроме как делать вид, что меня совершенно не волнует появление длинноногого и белобрысого шутника. Но после глупого ночного разговора изображать из себя родовую дворянку было крайне сложно.

«Когда это ты дворянкой-то стать успела?» — истеричка оторвалась от своего занятия, посмотрела на меня с укором и голосом, полным сарказма, решила надо мной поиздеваться.