— Ну уж нет. Ты заплатишь за меня годовую аренду.

— Тогда улыбайся, что ли. Вот так… — и улыбку мне свою зубастую показывает. — Давай, давай.

Ладно, раз просит.

Мне не сложно.

Тем более улыбку Пеннивайза я люблю.

— Хватит, — парень отодвигается от меня и чуть ли не крестится. — Буду всем говорить, что полюбил тебя не за улыбку.

— А за что? — опять ляпаю не подумав.

Да мне совсем не интересно, что он там ответит.

Плевать.

Могу вообще уши закрыть и не слушать.

Чего молчит-то?

— За глаза — банально. Пусть будет нос. Пипка такая…

И пальцем своим мне в нос тыкает. Когда пирожные замешивали, там точно молоко использовали?

— А я тебя за…

— А ты меня просто полюбила за то, что я есть, — довольно говорит он, вставая со стула. — Пошли, креветос мой. Рассиделась ты здесь. Еще дел ого-го.

— Каких еще дел?

— Как каких? Корнеевы часто ко мне приезжают. Любаня может нагрянуть. Как я докажу всем, что с кем-то встречаюсь, если у меня на двери невидимая табличка висит «холостяцкая берлога»? Заедем к тебе, ты вещичек в пакет соберешь и у меня оставишь. И никаких бабушкинских пижам. Этого в моей квартире точно быть не должно.

Каких пижам? Но думаете, мне дали возможность спросить? Со стула подняли, шапку на голову натянули по самый нос, в куртку меня засунули и вперед толкнули. Мол, иди дорогая, я за тобой пойду.

— Отличный вид сзади.

— Суханов! — сердито рычу в ответ, снова юбку опуская.

— Да это комплимент. Рычать от таких слов необязательно. Знаю я, как девчонки радуются, когда я им так говорю.

Двинуть ему, что ли? Ну, чтобы знал, что другая половина девчонок может ему сделать за такие слова.

— Так, — разворачиваюсь, и парень прям влетает в меня. Еще чуть, и я бы полетела на пол, но оперативный Назар успевает поймать меня. Ага. К себе прижимает, пристально смотря в глаза.

— Что?

Не смотри на меня.

Не смотри.

Да и тебе, Полинка, отвиснуть нужно. Чего замерла, как мышь перед встречей с котом?

— Говорю… — кхм. Кхм. Что с голосом?

— А я слушаю.

Издевается, гад.

Отбрыкиваюсь, направляя на него указательный палец.

— У нас с тобой, Суханов, чисто деловые отношения. Никаких комплиментов, никаких подколов и всего прочего. Понял? Иначе я тебя раньше времени брошу. Будешь сам с Любаней своей разбираться, без арендованной девушки.

— Это и есть кризис в отношениях? Как-то быстро он у нас с тобой наступил, тебе не кажется?

Господи, этого человека хоть что-нибудь сможет исправить?

— И всё равно не верю, — бубнит себе под нос Суханов, останавливаясь на светофоре. — Быть такого не может.

Кхм, если человек сам с собой спорит, нужно ли в это вмешиваться? Мне как бы не очень хотелось. Подумаешь, разговаривает… Главное же что? Правильно. Меня в этот момент не трогает, не подкалывает и вообще внимания не обращает.

Лепота.

Ан нет, покосился. Глаза прищурил, губы надул и пялится, как на вафельный рожок в сорокоградусную жару.

— Не-е-е. Невозможно.

Да ёпрст.

— Ладно, Суханов, ты своего добился. Слушаю… Чему ты там не веришь, скептик блондинистый?

Пришлось повернуться к нему передом, а к окну задом. Делать разворот в машине, когда на ногах сумка огромная лежит, крайне сложно. Но будто кого-то волнуют мои проблемы?

— Разве может быть, что я тебе не нравлюсь?

Ы-ы-ы.

Пф. Я-то думала, он там про алмазы какие-то говорит, а он про камешки лепечет.

Не понравилось, значит, что я ему возле кафе сказала. А чего ожидал, собственно? Подлетел ко мне и давай глазки строить, как кот в марте месяце. Конечно, я его на землю родную спустила. В позу модели встала, руки по бокам выставив, и четко так, внятно сказала:

— Кончай кривляться, чешуйчатый. Ты не в моем вкусе.

Теперь хоть понятно, в чем причина десятиминутной тишины в салоне.

У кое-кого, пальцем не буду показывать на длинноного, гордость задета. Вот он и пыхтит, энергично по рулю постукивая.

— Может, Назарчик, — улыбаюсь, хлопая его по плечу. — Ты мне ни капельки не нравишься. Здорово, правда?

Ой, кажется, ему не здорово. Или не верит словам моим правдивым?

А вообще, поражаюсь я таким людям. Корону на голову напялили — и всё, считают, что мир у их ног. Самому-то точно никто всерьез не нравится. Вон он какой любвеобильный. Наверно, для половины университетских девчонок был временным таксистом. Подвез, зашел на чай с кексом и свалил, мусор по пути не захватив. Ещё удивляться вздумал, почему я не повелась. Да потому что знаю много. Видела. И мозги имеются. Умею спокойно реагировать на красивую мужскую мордашку.