Эх…

— Нравлюсь же?

— Назар! — Обломал, гад.

— Нравлюсь? — Он не крокодил, нет, он попугай, честное слово.

— Нравишься, — со злостью в голосе бурчу в ответ, в глаза его наглющие заглядывая.

— Так бы сразу, — ухмыляясь, говорит он и тут же обхватывает губами мой рот.

День под названием «Клубничная жвачка».

Я его точно запомню.

Не отстраняясь, мы вжимаемся друг в друга. Сначала осторожно, затем всё сильнее и сильнее, и кажется, что кислород сейчас закончится. Прикусываю его губу и глупо хихикаю, когда он шипит и сажает меня на подоконник. «Танец» продолжается.

Кто ж знал, что маленькая Полинка может быть такой смелой? Сама себе удивлялась, когда парня ногами обхватывала. Как в прошлый раз. Но сейчас рядом с нами нет никакой Любани. Сейчас проще всё. И как-то по другому. Я глажу его плечи, замираю, когда его пальцы зарываются в моих волосах, вызывая электрический разряд во всем теле. Левая рука гладит мою ногу, жадно сдавливая кожу под джинсами.

Назар не отрывается, не отпускает, движения всё откровеннее и откровеннее, и я понимаю, что нужно остановиться. Прекратить. Не сейчас. Точно не сейчас.

— Назар…

Чье сердце громче стучит: мое или его?

— Я знаю, — говорит он мне прямо в рот, нежно скользя губами по коже на лице. — Только сложно, креветка. Чертовски сложно.

Что мы за люди такие?

Почему бросаемся из крайности в крайность?

То ругаемся, как маленькие зверьки, а через секунду прилипаем друг к другу, словно магниты?

Где золотая середина? Где она?

— Маруся…

— Она занята.

— Она может зайти, а я тут…

А я тут в лужу превратилась, несите швабру.

Посмотрев в окно, Назар сделал шаг назад и тут же снова ко мне развернулся:

— Не просто нравишься. Что-то большее. Я не врал, креветка.

Я так и застыла с открытым от удивления ртом, не способная до конца осмыслить значение его фразы. Наверно, шок накрыл нас обоих. Если мне в жизни не приходилось еще слышать таких слов, то, скорее всего, Назару никогда не приходилось говорить кому-то подобное. Вот так мы и стояли, как два барана возле только что покрашенных ворот, не понимая, заходить нам или все-таки адресом ошиблись.

Не ошиблись.

Нужно не заходить, а в дверь ломиться, башку расшибая, пока между нами еще витает бешеная энергия, способная заставить меня сдвинуться с места и к парню подойти, чтобы головой уткнуться в его плечо. Улыбнуться, а потом в глаза посмотреть, давая понять, что сложности не у него одного.

Назар взглянул на меня и, напрягаясь, крепко прижал к себе, чтобы уже через секунду отстранить и небрежным движением взлохматить волосы на своей голове.

— Поиграли в парочку, да? — говорит серьезно и будто сам не верит в происходящее. — Кто бы мог подумать, что истеричность Любани может кого-то до добра довести.

— Странно, да? Я считала, что она только до самоубийства довести может.

— Ну, нет. Я слишком красив, чтобы молодым умирать. — Че-го? Кхм. Кхм. — Да ладно, ладно, мой разгневанный бычок, ты тоже ничего. А теперь пошли испытывать на прочность мой самоконтроль. Зеленый крокодил скоро закончит мучить гармошку, и твоя сестра вспомнит о нашем существовании. Кстати, рассказать тебе, о чем я думал, когда на кровать твою посмотрел?

— Суханов! — Язык ему откусить, что ли? Вот как такая симпатичная голова может производить на свет такие извращенные мыслишки? Бр-р-р.

Он думает, что после нескольких приятных слов и двух крышесносных поцелуев можно сразу же панталоны на люстру закидывать?

Не дождется. Что там про недозревшие ягоды говорят? Срывать нельзя, а только ухаживать? Отлично. Я тоже считаю, что рано нам еще урожай собирать.

— О сне! Мне всю ночь кое-кто спать не давал, — ржет он, растягивая губы в заразительной улыбке. — Но ход твоих мыслей мне нравится больше. Попробуем как-нибудь?

Не, ну я ему точно в следующий раз язык прикушу. Разговорился тут, понимаете ли.

— Да не сейчас, не сейчас. Не надейся, — он даже после моего щипка за руку продолжает веселиться. — Прости, но не заслужила ты еще на кубики мои знаменитые смотреть.

Пф-ф-ф. Значит, половина баб университетских заслужила, а я нет?

Крокодил не Гена, крокодил — Назар.

Спустя несколько часов домой вернулась довольная и морально отдохнувшая мама. К радости, нет, даже к счастью, мы с Маруськой к этому времени уже проводили нашего наглого гостя. Не поверите, но я радовалась, когда дверь за парнем закрывала. Эти два или три часа он то и дело давил на мои нервные клетки своими дурацкими намеками.