— Да, сэр.

Прогулка по дороге ко дворцу была долгой. Мэтью видел мужчин и женщин, занимавшихся своими делами, и играющих детей. Туземцы носили одежду ярких оттенков желтого, оранжевого, зеленого, синего и коричневого цветов, которая состояла из свободно сидящих рубашек и панталон, иногда льняного жилета, чулок одного цвета с бриджами, туфель на низком каблуке для мужчин и ослепительно ярких платьев для женщин. Большинство из них вплетали в свои волосы цветы, также украшая ими ткань. Они либо носили соломенные шляпы, многие из которых были украшены перьями или лентами, либо пестрые шарфы. Мэтью также отметил, что у женщин было много украшений: браслетов, ожерелий из ракушек или цветных камней, серьги-кольца и тому подобное.

Также он отметил, что далеко не все жители были такими загорелыми, как Фрателло и те люди, что прибыли вместе с ним на лодке вчера утром. Кожа некоторых островитян была такой светлой, как если бы они родились в Англии. Среди детей тоже встречались белокожие и светловолосые, хотя их было заметно меньше, чем загорелых брюнетов.

Мужчины, женщины и дети, которых они встречали во время подъема по склону, лишь мельком бросали взгляды в их сторону. Их появление уже не вызывало такую шумиху, как вчера вечером. Самой яркой реакцией была реакция группки детей, игравших в какое-то островное подобие боулинга на плоской поверхности: они замерли и несколько секунд таращились на прибывших, прежде чем вернуться к своему состязанию.

Мимо проехала повозка для сена — на этот раз груженая, — и еще одна повозка с несколькими бочками.

По пути встретилось несколько рабочих, латавших трещины в домах. Рядом с ними женщины красили стены в ярко-синий цвет. Еще чуть дальше мужчина в желтом фартуке стоял под зеленым полосатым навесом, нарезая овощи на круглом столе. Жизнь здесь шла своим чередом.

— Вы идете? — спросил ДеКей с ноткой раздражения.

Мэтью перестал изучать окружающий пейзаж и сосредоточился на дороге. Он встал рядом с ДеКеем, когда Фалькенберг постучал в дверь молотом в виде морской раковины. Когда никто не открыл, он выхватил пистолет и ударил прикладом по дереву.

Проделав это пару раз он, вероятно, привлек к себе внимание, потому что послышался звук отодвигаемого засова. Одна из двойных дверей открылась достаточно широко, чтобы показать загорелое лицо одного из членов совета — мужчины с густой каштановой бородой. Мэтью узнал в нем джентльмена, который вчера сидел рядом со Страудом, в винно-красном костюме.

— Мы хотим видеть Фавора, — сказал Фалькенберг, держа пистолет в руке.

Взгляд мужчины переместился на оружие, затем он нахмурился и покачал головой.

— Фавор, — повторил Фалькенберг с нажимом. — Ты знаешь, о ком я говорю. Мы хотим видеть короля.

Мужчина снова покачал головой… а потом вдруг послышался знакомый голос, говоривший на своем родном наречии. Мужчина отодвинулся, и появился маленький сморщенный Фрателло в бледно-желтой рубахе и коричневых панталонах. При виде гостей его белые брови поползли вверх.

— Вы все еще здесь? Я думал…

— Мы хотим поговорить с вашим королем, — прервал его ДеКей. — Это дело исключительной важности.

— Король еще не встал. Могу я вам чем-нибудь помочь?

— Ты можешь разбудить его. Быстро.

— Сэр… пожалуйста… это его обычай…

— Слушай сюда, коротышка, — прервал ДеКей, делая шаг вперед и вытаскивая пистолет. — Ты отведешь нас к нему. Сейчас же. Я понятно выразился?

Фрателло посмотрел на пистолет в руке ДеКея и жестом пригласил их войти.

Они молча последовали за Фрателло к широкой лестнице на второй этаж, затем по проходу в комнату со сводчатым потолком и полом из очень красивой керамической плитки, такой же яркой, как одежда местных жителей. Горящие масляные лампы стояли на деревянных пьедесталах. В дальнем конце этого похожего на пещеру помещения находилась большая дверь из полированного дерева с медным молотком в виде ракушки в центре. Фрателло подошел к двери и без колебаний постучал. Стук эхом отразился от стен.

В следующее мгновение небольшая перегородка в двери отодвинулась, и оттуда показались темно-карие глаза в окружении множества глубоких морщинок. Фрателло заговорил с Фавором на их родном языке.

— По-английски! — требовательно воскликнул ДеКей и тут же обратился к Фавору: — У нас к вам дело. — Произнося это, он поднял пистолет, демонстрируя силу и решимость.

— Я говорил им, что вы еще в постели, — сказал Фрателло. — Прошу прощения за это…

— Хватит причитать! — рявкнул ДеКей. — Фавор, открывайте дверь!

— Какие-то проблемы, джентльмены? — спросил король, и в его голосе не было ни единой нотки страха при виде оружия в руках ДеКея и Фалькенберга. Мэтью держал руку на рукоятке своего пистолета, но доставать его не спешил. В конце концов, здесь не было армии, которая могла дать отпор, только старик с сонными глазами, который теперь обращался к зловеще молчаливому ДеКею: — Дайте мне минуту одеться. — С этими словами он задвинул перегородку.

— Достаньте ваш пистолет, — приказал ДеКей Мэтью. — Я хочу, чтобы он был у вас в руках, когда откроется дверь.