— О да, и это лишь убедит народ, что такой правитель ему не нужен. Это единственная возможность устранить Демида. Ему повезло заполучить абсолютную неуязвимость. Иметь связи с Темным миром оказывается полезно.

— Допустим, ваш план удастся. Демид лишится власти. Что дальше? Империю захватят другие, узнав, что она без кристалла.

— Они не успеют. Видишь ли, кристалл миров не единственный. Да, он привязан к одному конкретному роду. Ныне активный — к роду Демида. Вот только наш не менее древний. И да, у нас есть свой кристалл. Новая власть — новый кристалл. Народ подчинится нам. У него не останется выбора.

— Вы безумцы! Если люди узнают, что из-за вас погибли те, кто станет жертвами, вас возненавидят еще больше.

— Не узнают, Дилия. Мы заставим молчать несогласных. Но тебя же это не касается, верно? — его угрожающая улыбка не предполагала отрицательного ответа.

Я с ужасом смотрела на мужчину и понимала, что их план может сработать. Путем тысяч погибших, не считая тех, что уже отдали жизни, встав у них на пути. Они просчитали все. Кроме одной маленькой детали. Меня. Их предрассудки о девушках, что всегда остаются в стороне, их погубят. Я не позволю им совершить задуманное. И если надо — нарушу клятву.

— Они готовы? — в домик вошла женщина в такой же маске, скрывающей верхнюю часть лица.

— Вполне. Можем приступать, — отозвался лир, переводя взгляд с меня на вошедшую.

Оказалось, что девушка некромант. Она велела отойти от центра комнаты, взяла ритуальный кинжал и стала вычерчивать на полу непонятные символы. Мне, допустим, непонятные, но, если я смогу запомнить хоть часть, возможно, с ними разберется лир Алексей.

— Дин, положи мальчика в круг, — скомандовала девушка, а сама переместилась левее и продолжила работу.

Я настороженно наблюдала за тем, как маг поднял брата и уложил на пол. Эд так и не проснулся. Когда на полу появился второй круг, мне пришлось занять его. Эти двое расставили свечи, погасив световые пульсары, а после лир вернулся ко мне.

— Плащ снимай, сейчас будет жарко. И лучше тоже ляг. Тебе спать нельзя, ты нужна нам в сознании, так что придется потерпеть, — он пытался проявить сочувствие, но скорее воспринимал происходящее как развлечение.

Если кому и весело, то лишь ему. Стоило снять плащ, как руку опалило огнем. Печать засветилась. С Эдом происходило то же самое. Я боялась, что он проснется от боли, но брат даже не пошевелился.

Сжав зубы, чтобы не стонать от боли, я послушно опустилась на пол, но продолжала следить за происходящим. В комнате погас последний световой пульсар, и девушка стала нараспев читать ритуальные фразы. С каждым словом боль становилась все невыносимее. Рука немела, а я едва могла дышать. Мужчина проявил неожиданную заботу, окутав меня целительской магией.

Стало легче, в голове прояснилось. Я вновь могла наблюдать за происходящим. Дернулась, порываясь подняться, когда девушка двинулась к брату с кинжалом, но не отходивший от меня лир надавил на плечи, вынуждая лечь обратно.

Девушка взяла руку Эда, где полыхала печать, и высекла на ней несколько символов. Повернулась ко мне, чтобы проделать то же самое. Прикосновение лезвия я почти не ощутила. Боль заглушало целительское плетение.

Отложив кинжал, она вернулась на прежнее место и вновь заговорила. В первый раз, когда некромантка прервалась, вспыхнула моя аура. Сейчас я чувствовала ее очень четко. Так же, как и магию вокруг.

Тут в ритуал вступил держащий меня лир. Он соединили наши с Эдом руки и оплел магией. Теперь я стала воспринимала и силу брата. Мужчина начал читать заклятие. Наши с Эдом руки словно вросли друг в друга, а потом в меня потянулось что-то обжигающе горячее и вязкое.

Боль накрыла новой, безжалостной волной. Сдержать крик я уже не смогла, но рук не разрывала. Теперь меня держала и девушка, потому что все тело выгибало от скручивающей боли. В какой-то момент я все же отключилась, но долго пробыть в блаженной темноте мне не дали. Магический импульс в грудь заставил прийти в себя, возвращая в ад.

Мужчина продолжал читать ритуальные фразы, не сводя внимательного взгляда с наших рук. Прошла вечность, прежде чем раскаленная лава перестала вливаться в меня, сосредоточившись где-то в районе печати. Наши с Эдом руки разъединили. Брата вновь переложили на диван, а после мужчина перешел ближе ко мне.

— У тебя пара минут, чтобы немного подышать и отдохнуть. Когда я продолжу, боль вернется.

Мышцы судорожно сжались, но закрыла глаза и пару раз глубоко вздохнула. Ты справишься, Диль. Ты должна. Нужно только потерпеть. Когда вновь открыла глаза, услышала язвительный голос девушки:

— Что, даже жаловаться не станешь? Молить все прекратить? Оставить в покое?

— Просто закончите это и исчезните. Хотя бы на несколько дней, — это все, чего сейчас хотелось. Убедиться, что брат в порядке и больше ему ничего не грозит, а после не вылазить из кровати.