— Я рад вас видеть, — заговорил он, пожимая руку, которую протянула ему Валерия. — Я с удовольствием вспоминаю нашу встречу. Как поживает ваш супруг?

— Спасибо, прекрасно, — машинально ответила Валерия.

У нее мелькнула мысль, что, раз уж ей попался этот англичанин, может быть, стоит с ним пообщаться — вдруг из этого выйдет какой-нибудь толк, но она не могла сообразить, с чего начать.

Мистер Уолш сам пришел ей на помощь:

— Вы куда-то торопитесь? Я могу вас подвезти, у меня рядом машина с шофером. Но если вы не спешите, я бы хотел угостить вас чашечкой кофе.

— Спасибо, с удовольствием, — ответила Валерия. Мистер Уолш привел ее в уютное кафе на втором этаже, где подавали восхитительные пирожные, которыми славится «Гранд-отель Европа», а чашка кофе обходится в пять долларов.

Мистер Уолш завел непринужденную светскую беседу, рассуждая о русском искусстве, об архитектуре, о своей любви к России. Упомянул он и о художнике Вадиме Воронове, работы которого высоко котировались и хорошо шли на аукционе Сотби.

— Жаль, что мне не удалось уговорить семью вашего мужа продать «Женщину с петухом», — как бы между прочим сказал мистер Уолш. — Они могли бы получить за это полотно солидную сумму.

Валерия смутно вспомнила, как Вадим как-то рассказывал ей про эту картину, — это был то ли портрет его бабушки, то ли еще какой-то родственницы. Валерия не очень вслушивалась и подробностей не запомнила.

— Да, у них это вроде семейной реликвии. — Валерия едва заметно пожала плечами.

— Возможно, вы, мадам Воронов, могли бы еще раз поговорить со своим мужем и его родителями — улыбнулся англичанин.

— Я попытаюсь, — не очень уверенно пообещала Валерия. — У нас сейчас такое положение, что деньги очень нужны.

«Может, зря продала дом», — мелькнуло у нее в голове.

— Я был бы вам очень признателен, — многозначительно произнес мистер Уолш.

— Но, честно говоря, я не уверена в успехе, — продолжала Лера. — В последнее время с ним стало очень трудно. Вы, наверно, слышали про Рим?

— О да, — кивнул Уолш, придав лицу серьезное, даже соболезнующее выражение, — это ужасно. Вышла какая-то ошибка.

— Да кто ее знает, ошибка или нет, — махнула рукой Валерия. — Это ведь и не важно. Главное, его сняли соревнований и денег не заплатили. А теперь, даже если докажут, что это ошибка, денег не вернут. А разговаривать с Вадимом стало просто невозможно. Он такой упрямый, раздражительный. Чтобы с ним общаться, нужно ангельское терпение.

— Я вас понимаю, — по-прежнему серьезно кивнул англичанин. — Я заметил, что многие русские мужчины, к сожалению, не умеют ценить по достоинству своих жен.

— Где уж им! — подтвердила Валерия.

— Извините меня, мадам Воронов, — после минутного раздумья начал англичанин, — возможно, я мог бы помочь вам. Поверьте, для меня это будет большой честью.

Валерия искоса взглянула на коммерсанта, такого ухоженного и респектабельного. Мистер Уолш явно старался ей понравиться. Она вдруг подумала, что ведь ничем не рискует.

— Да, мистер Уолш, — ответила она. — Вы проницательный человек.

— Я работаю с людьми и должен в них разбираться, — улыбнулся мистер Уолш. — Кстати, мне будет приятно, если вы будете называть меня Сэмюел, — любезно добавил он.

— Хорошо, пусть будет Сэмюел, — кивнула Валерия. — Дело в том, что, фактически, наша с Вадимом семья находится на грани распада. Про Рим вы знаете. Но это еще не все. Я в свое время познакомила его с очень солидными людьми, если бы он их держался, он мог бы сделать карьеру в бизнесе. Надо было только сходить, поговорить, объясниться. Я и заикнуться об этом боюсь, — завершила свой рассказ Валерия.

— Я вам сочувствую, мадам Воронов.

— Зовите меня Валерия, — улыбнулась она.

— Благодарю вас, Валерия. — Мистер Уолш церемонно склонил голову. — Я часто бываю в России, многое здесь меня привлекает, но я не могу не удивляться отношению русских мужчин к женщинам. Почти все позволяют женам работать, большинство не в состоянии обеспечить семью. В Англии мужчина женится, когда он уверенно стоит на ногах и готов взять ответственность за семью. Ваш муж очень милый молодой человек, но не ценит сокровище, которое ему досталось. Мне кажется, вам нужен мужчина с жизненным опытом, с чувством ответственности.

Было очевидно, что именно себя мистер Уолш считает образцом ответственности и жизненного опыта.

— Жаль, что я не могу показать вам мой дом в графстве Хартфордшир, — задумчиво продолжал он. — Его построил мой прадед, основатель нашей фирмы. Между прочим, это памятник ранней викторианской архитектуры, он даже занесен в каталоги журнала «Английский дом». Впрочем, у меня есть снимки. Вы не откажетесь их посмотреть?

— Да, конечно, — согласилась Валерия и добавила со вздохом, вспомнив о несбывшихся мечтах: — Как, наверно, прекрасно иметь собственный дом…