Мир, внезапно ставший холодным и чужим, сразу же окружил меня и принял в объятия, не желая выпускать из своих уродливых рук.

Я глубоко вздохнула и открыла глаза. Больничная палата. Окно, на котором нет занавесок, стойкий запах медикаментов. Я жива…

Ненавижу эту жизнь! Всегда ненавидела. За что ее можно любить, когда она так несправедлива? Я смотрела потухшим взглядом в темнеющее небо за стеклом, а в голове стучалась одна мысль. Только одна. Жестокая, но справедливая — должен был выжить он, а не я…

Она не хотела уходить, царапая мозг изнутри, и раз за разом возвращая меня к тому единственному воспоминанию, которое я предпочла бы забыть. Я не успела…

Господи! Как же пусто теперь без него! Я просто задохнулась от невыносимой боли. Сердце, захлебываясь, плакало кровавыми слезами. Больно…

В мою палату снова входит док. Не хочу. Я отвернула голову к противоположной стене. Не могу видеть живых людей. Они ходят. Дышат. Смеются. Они рядом, словно напоминание о том, что его больше нет. Рик… В сердце медленно вошла ржавая игла, заставив тело содрогнуться в конвульсиях.

Я прибежала слишком поздно. Не смогла почувствовать мысли этих тварей, не сумела услышать. И теперь он ушел. Навсегда. Из — за того, что я ошиблась. Ненавижу себя. Ненавижу всех. Ненавижу…

Док осторожно рукой тронул за плечо, и я нехотя перевела на него потухший взгляд.

— Как ты, девочка? — поинтересовался он.

Страшно захотелось его убить на месте, чтобы не спрашивал глупостей. Я ничего не ответила. Док тяжело вздохнул, но не думал уходить. Он сел рядом со мной на стул и, как всегда, принялся протирать стекла очков. Некоторое время в боксе стояла напряженная тишина.

Меня интересовал только один вопрос — где сейчас Рик? Мне необходимо было увидеть его. Я знала, что станет еще хуже. Знала… Но мне нужно попрощаться с ним. Я была виновата в том, что произошло, и теперь с каким-то поистине садистским наслаждением пыталась причинить себе новую боль. Мне казалось это справедливым.

Мы молчали еще какое-то время, но чувство странной недосказанности не давало покоя. Придется все узнать, как бы не было страшно. Придется. Нужно набраться смелости и спросить.

Док! — прохрипела я наконец, — Я хочу его увидеть.

Он не спеша нацепил очки и внимательно посмотрел на меня.

— Нет, Лекс! Не сейчас, — тихо произнес он, отведя взгляд в сторону.

— Пожалуйста… — прошептала я, умоляя. — Док! Я ведь не так много прошу!

Он смотрел в мои глаза, полные слез и молчал. Я судорожно всхлипнула, пытаясь совладать с рыданиями.

— Скажи, где он? — выдавила я из себя.

— Илекса! Успокойся, пожалуйста.

— Док!!! Черт бы тебя побрал! — я начинала злиться, — Где Рик?

Он промолчал. Все ясно. Выходит, его уже здесь нет. Я снова опоздала, и мне не на что надеяться… Сердце зашлось в муках, корчась и истекая кровью. Казалось, что по свежим ранам безжалостно полоснули ржавым, тупым ножом. Я отвернулась к стене, уже не сдерживая рыданий.

Док снова дотронулся до моего плеча, но я лишь дернула рукой, чтобы он отстал. Не хочу никого видеть!

— Илекса! — тихо произнес он, — Не плачь, Рик в соседнем блоке.

Я повернула голову, и с недоверием посмотрела на него заплаканными глазами. Потом резко вскочила с больничной кровати, и сразу почувствовала, дикую боль в спине. Черт! Я невольно вскрикнула.

— Осторожно! — воскликнул он. — Двигайся аккуратней.

— Где? — меня интересовал только один вопрос.

— Он сейчас без сознания и не увидит тебя. Подожди до зав…

— Что??? — на меня словно вылили ушат ледяной воды.

Я ошеломленно уставилась на него, еще не веря своим ушам.

— Что ты сказал? — задыхаясь, прошипела я. — Док! Повтори!

— Вроде бы все нормально объяснил! — проворчал он, отведя взгляд в сторону и словно разговаривая сам с собой. — Может быть, это следствие лекарств?

— Док! — закричала я с истерическими нотками в голосе.

— Повторяю еще раз. — Он тихо вздохнул. — Рик сейчас без сознания и увидеть тебя все равно не сможет. Поэтому рекомендую немного подождать.

— Он жив??? — я боялась вздохнуть, глядя на него умоляющими глазами и еще не веря.

— Жив, — док кивнул, и я судорожно заполнила легкие прохладным воздухом. — Но очень тяжело ранен.

— Я хочу видеть его!

— Черт! Ты сегодня явно не в себе.

— Док! Пожалуйста! Хотя бы на одну минуточку! — умоляла я. — Хотя бы на секундочку! Ну разреши!