— Какого черта?! — вспылил вдруг Ноэль, как только они остались одни. — Ты пропадаешь на месяц и не даёшь связаться с тобой, а сейчас просто вот так объявляешься в ангельской цитадели? Ты вообще представляешь, какой шум поднялся, если бы за этот месяц отец решил, например, что за барьер теперь будет отвечать кто-то кроме меня, и кольцо не сработало бы?

Октавия заметно смутилась, что было для неё совершенно необычно. Кажется, они оба сейчас кардинально сменили своё обычное амплуа, ведь дьяволица была, действительно, виновна во всем сказанном. А главное, что удивительно, в этот раз ей было поистине стыдно.

— Кто не рискует, тот не сможет приручить адского пса. — неловко улыбаясь, ответила она. — Послушай, Ной, ты вправе злиться на меня сколько угодно, но мне невероятно сильно нужна твоя помощь…

Стало заметно, что при виде отчаянного настроя Октавии, которая просила о помощи, черты лица ангела смягчились. Однако он всё равно стоял, скрестив руки на груди, и во взгляде его читалось недовольство. И пусть желание броситься помогать любимой, хоть и дурной женщине очень активно боролись в нём с негативными чувствами вроде обиды и злости, всё же он не мог просто обо всём забыть.

— Нельзя вот так исчезать, а после появляться и просить о помощи. — качая головой, укоризненно произнес он.

— Ну что мне сделать, чтобы ты отложил выяснение моих ошибок и пошел со мной как можно скорее?

— Пока не объяснишь, почему ты пропала, я никуда не пойду и помогать не буду.

— Но… — Октавия поджала губы, раздумывая. — Я не рассказываю, в том числе, потому что хочу защитить тебя от ненужных переживаний.

— Тави. — серьёзно перебил он её. — Ты можешь быть сколько угодно первой леди ада, но я уже устал повторять, что это я должен оберегать тебя от проблем, но никак не наоборот. В любом случае, пока ты не расскажешь мне, с места я не сдвинусь.

Девушка задумалась, опуская взгляд. Она понимала, что ей стоит поторопиться, если она хочет успеть выяснить, где Ева, до того как Рафаэль с его сестрицей что-нибудь задумают. Но в то же время рассказывать Ною о произошедшем с Райнхардом… нет, она абсолютно доверяла возлюбленному. Вот только в раю все должны думать, что если наследник Каина и переступил черту дозволенности с будущей женой Рафаэля, то тут же отказался от любых отношений с ней, когда узнал о предстоящей свадьбе. Опровергнуть это, значит, буквально попросить Ноэля помочь отвадить его старшего брата от Евы в пользу Райнхарда.

— Я расскажу лишь потому, что ты настаиваешь… — нехотя произнесла дьяволица в конце концов. — Ты уже должен был понять, зачем накладывал на моего брата когда-то защиту…

— Да. — тут же вклинился Ной. — Честно говоря, я думал, что он куда благоразумнее и моя помощь была… уж точно не для подобных целей.

— Не осуждай его. Он любит эту смертную девочку. Я это понимаю, возможно, лучше, чем он сам, потому что вижу. Но дело не в этом. Все думают, что после вести о том, что Ева обязана Рафаэлю, Райнхард тут же отказался от неё. Даже сама Ева так думает…

— Только не говори мне, что это не так. — с усталым вздохом попросил Ной.

Октавия в ответ лишь отрицательно замотала головой, хмурясь.

— Отец отправил нашего дядю в образе Райнхарда отвергнуть Еву, а сам запер своего собственного сына в темнице, что б его. В итоге весь этот месяц я провела в смертном мире рядом с наследницей, о чем ни она, ни мой отец не подозревают. Райнхард попросил меня присматривать за ней.

— И почему же ты просто не сказала? Я понимаю, зачем ты оборвала связь с адом, но неужели ты не доверяешь мне?

— Ты правда не понимаешь?! — с упреком взглянула она на него. — Ни я, ни Райнхард не хотим, чтобы Ева выходила замуж за твоего брата. Ты уж прости, но он у тебя тот ещё засранец, что относится к женщинам как к продажным девкам. И вряд ли он взял да изменился по щелчку пальцев. А вот так просто сказать тебе обо всём этом — это то же самое, что попросить выбрать между твоей семьей, которой нужна эта свадьба как никому другому, и… — она умолкла, отводя взгляд в сторону.

— И тобой? — тихо спросил Ной. — Ведь ты уже выбрала беспрекословно сторону Райнхарда и его чувств?

— Да. — сдавленно шепнула дьяволица. — Впрочем, когда-нибудь этот выбор пришлось бы поставить, не так ли?

Ной не отвечал ей какое-то время, а Октавия не поднимала глаз. Смотрела в сторону, чувствуя, как на душе кошки скребутся. Этот вопрос висел над их запрещенными отношениями с самого начала как Дамоклов меч, но она не думала, что он встанет так скоро. Да ещё и при таких обстоятельствах.

Неожиданно она ощутила, как мужчина быстро подошел и крепко обнял её, прижимая к своей груди.