— Я не лезу. Я только комментирую.

Уф.

— Я просто хочу вернуться домой.

— Но только тогда, когда мы получим обещанную панацею. — Тетушка Би поправила свою шляпу. — Ты не знаешь, что значит потерять ребенка из-за люпизма. Да, ты пережила трагедию с Джули, но я родила своих детей. Я кормила их, я вырастила их из крошечных беззащитных существ, раздувала робкие искры их потенциала. Я так много грезила об их будущем. Дети считают тебя богом. Ты центр их вселенной, ты можешь все исправить, защитить их от всего на свете, а потом они однажды понимают, что это не так. Я до сих пор помню взгляд моих сыновей перед тем, как мне пришлось убить их. Они считали себя брошенными. Считали, что я предала их. Я сделаю все, чтобы Рафаэль не прошел через это.

Интонации в ее голосе говорили мне о том, что эта рана никуда не делась. За все эти годы она лишь покрылась коркой, но Тетушка Би до сих пор оплакивала своих погибших детей. Когда она говорила мне, что отправляется в это путешествие приглядеть за мной, то врала в открытую. Она поехала из-за панацеи, и теперь сделает все возможное, чтобы ее получить. Того мешочка, что она выиграла, будет недостаточно. Я подумала о Мэдди в стеклянном ящике. Я не могла винить Тетушку Би. Я бы тоже сделала все возможное, чтобы избавить своих детей от подобной боли.

Если у меня не будет детей от Кэррана, мне не придется об этом волноваться.

Ух ты. Даже не знаю, откуда это взялось.

— Я рада, что этот Володя пришел к тебе, — сказала Тетушка Би.

— Почему? — Должно быть, мои боевые навыки произвели большее впечатление, чем я думала.

— Потому что некоторые абхазы говорят по-русски. Они соседи. Ты единственная из нашей компании, кто может переводить с русского, если возникнет необходимость.

А я-то думала, что ее восхитили мои невероятные боевые навыки. Одно сдутое эго? Есть.

Мы прошли по улицам города. Покинутые дома смотрели на нас пустыми окнами, словно оболочки прежних себя. На стене многоквартирного дома, от которого остался лишь выпотрошенный каркас из бетона и стали, кто-то нарисовал крылья ангела. Надежда на лучшее будущее, или дань памяти погибшему человеку. Этого мы никогда не узнаем.

— Наверное, это статуя, — сказала Кира, показывая на бронзового джигита на коне. Статуя возвышалась посреди маленькой площади. Позади стояло небольшое кафе.

Тетушка Би втянула носом воздух.

— Нам следует пройти туда. — Она повернулась в сторону кафе. — Он все-таки оборотень. Он найдет нас по запаху.

Кафе располагалось в тени огромного дерева грецкого ореха в бирюзово-голубом здании, которое знавало лучшие дни.

— Пекарня, — объявила Кира.

Кто бы мог подумать. Я улыбнулась. Дома Тетушка Би предпочитала обсуждать свои дела за тарелкой с кексиками или куском пирога.

— Что тебя развеселило? — спросила Тетушка Би.

— Мы пересекли половину планеты, и вы нашли здесь пекарню.

— Не вижу здесь ничего смешного.

Кира тихонько засмеялась.

— Ты же должна выглядеть угрожающе, — сообщила ей Тетушка Би. — Ты замена Эдуардо.

— Да, — согласилась с ней я. — Меньше смейся, больше хмурься.

Кира скрестила руки на груди и попыталась нахмуриться.

— Нужно было брать буйвола, — сказала Тетушка Би.

Мы вошли в кафе. Пожилая женщина с седыми волосами улыбнулась нам из-за длинного прилавка и произнесла что-то на мелодичном языке. Тетушка Би указала на несколько товаров, далее последовал обмен деньгами, и вот мы уже сидим за столиком и едим какую-то выпечку с абрикосами. Мы все еще сидели там пятнадцать минут спустя, когда в дверь вошел знакомый паренек. Он нес на одном плече винтовку, на другом — рюкзак.

— Вы с друзьями.

— Да.

— Хорошо. Вы принесли деньги?

— Разумеется, — заверила его Тетушка Би.

— Вы готовы идти? — спросил Володя.

— Если ты готов, то и мы готовы, — ответила Тетушка Би.

*** *** ***

Крутая тропа уходила на юг, в сторону от замка. По краям дороги росли все те же ежевичные кусты, раскинув свои колючие ветки над камнями и грязью. С тех пор, как мы покинули город, прошел почти час, и за это время наш гид не проронил ни слова. Я старалась отключить свой мозг и просто запомнить дорогу обратно. Любые мысли неизбежно возвращались к Кэррану. Мне очень хотелось ударить что-нибудь. Так как это было сейчас невозможно, мне хотелось метаться из стороны в сторону. Ни то, ни другое мне бы не помогло. Эмоциональные метания лишь истощают.

— Откуда ты знаешь, где логово рыжих оборотней? — спросила я. Нужно хоть как-то отвлечься.

— Я их видел. — Володя передернул плечами, поправляя ружье. — Уже недалеко осталось.

Мне не терпелось узнать, кто дергает его за ниточки.

— Пойдем, дорогая, — сказала мне Тетушка Би. — Где твой дух приключений?

На очередном подъеме нас накрыла магическая волна. Мы ненадолго остановились, свыкаясь с изменениями, затем двинулись дальше.

Еще час спустя дорога привела нас на горный перевал. Прямо перед нами сверкало море. Позади внизу в долине остался город. Слева возвышалась высокая скала, а под ней зияла темная дыра.