Но, взглянув на Северуса, я заметила, что тот выглядел не менее уставшим, чем Гарри. Обойдя зельевара со спины и положив руки ему на плечи, я крепко обняла его и прижалась своей щекой к его гладковыбритой щеке, а он зажмурился и положил горячие ладони на мои ледяные руки.

— Как же я устал… это бесполезно, — обессиленно прошептал Северус, не открывая глаз.

— Эй, если ты хочешь отдохнуть, то я могу прийти в другой раз… — шёпотом предложила я, догадавшись, что сил на разговоры у него почти не осталось.

— Нет, не уходи, — умоляющим голосом попросил он, сжав мои ладони. — Без тебя мне будет ещё хуже. Иди ко мне.

Я послушно выполнила его просьбу и села к нему на колени, а Северус крепко прижал меня к себе.

— Тина, когда же ты снова будешь нормальной температуры, а не словно скульптура изо льда? — устало прошептал он, прикоснувшись губами к моей щеке.

— Пока кровь Лестата окончательно не выведется из меня… — так же шёпотом ответила я, закрыв глаза и наслаждаясь теплом его тела. — Ещё несколько дней, наверное… трудно сказать точно.

Северус ничего не сказал на мои слова, лишь продолжал едва заметно касаться губами моей щеки и шеи, и на несколько мгновений я буквально растворилась в этой нежности.

— Может, всё-таки расскажешь, зачем вам двоим нужны эти дополнительные занятия? — открыв глаза и посмотрев на него, спросила я спустя какое-то время. — Ты так устал после них…

— Хорошо, Тина, — тихо согласился Северус, а на его лице появилась вымученная улыбка. — Только дай мне минут пять прийти в себя…

Он снова закрыл глаза и прижал меня к себе, а я положила голову ему на плечо и стала терпеливо ждать. Наконец, Северус выпрямился и начал объяснять:

— Знаешь, окклюменция — это защита сознания от вмешательства извне. Есть такие волшебники — легилименты, которые могут проникнуть в чужое сознание и увидеть все твои воспоминания, страхи и желания. Это очень сложная магия, но всё же такое возможно. И с помощью окклюменции опытный волшебник может защитить своё сознание от подобного вмешательства.

— Допустим, про легилиментов я и без тебя знала, — задумчиво пробормотала я и, заметив вопросительный взгляд, сразу пояснила: — Мне Том рассказывал. Он… тоже умел вот так проникать в сознание других людей, у него было что-то вроде врождённого дара. Только вот на меня его дар не действовал, это было так смешно… И как-то до этого я даже и не подозревала, что это так сложно, у Тома это получалось даже без помощи волшебной палочки… Но зачем ты обучаешь окклюменции Гарри? Если это так тяжело…

— Перед Рождеством кое-что случилось, Тина, — устало продолжил объяснения Северус, а я стала внимательно его слушать. — Нагайна, змея Тёмного Лорда, напала на Артура Уизли, когда тот дежурил у отдела Тайн. В этом отделе хранится пророчество, которое очень хочет получить Тёмный Лорд…

— Но ты же тогда подслушал его, разве нет? — перебила я, прекрасно помня его историю. — Или это другое?

— Нет, Тина, это всё то же самое пророчество. Я тогда не до конца его услышал, поэтому Тёмный Лорд хочет получить полную версию. Видимо, между Гарри Поттером и Тёмным Лордом существует связь. Мы узнали об этом как раз тогда, когда мистер Поттер увидел во сне, как Нагайна нападает на Уизли.

— Но как Гарри мог увидеть это, если у него связь с Волан-де-Мортом, а не с его змеёй? — не успокаивалась я, всё ещё не до конца понимая, что к чему. — Или Волан-де-Морт тоже был там?

— Нет, только змея. И это даёт нам основания полагать, что в змее тоже есть кусочек… души Тёмного Лорда.

— То есть змея — это крестраж? — тут же догадалась я.

— Знаешь, Тина, если бы ты умела колдовать, то ты была бы очень талантливой волшебницей, — удивлённо посмотрел на меня Северус. — Не каждый может так просто сложить всё это воедино…

— Но тогда получается, что Гарри — это тоже крестраж, нет? — улыбнувшись его комплименту, я задала следующий вопрос.

— Да, наверное, ты права… — задумчиво ответил он, посмотрев куда-то перед собой. — Знаешь, никто ещё до Тёмного Лорда не мог создать больше, чем один крестраж, это очень тёмная и очень сильная магия, так что тут мы можем только догадываться. В общем, всё сводится к тому, что Тёмный Лорд может проникать в сознание Поттера, тем самым узнавая много чего, что может ему пригодиться в этой войне. Но и Поттер тоже способен проникнуть в сознание Тёмного Лорда, он способен видеть его яркие эмоции и какие-то моменты из жизни… Я, конечно, попробую обучить Поттера окклюменции, чтобы хоть как-то снизить наши шансы на неудачу, но этот упрямый мальчишка абсолютно не хочет обезопасить себя. Такое чувство, что ему всё это доставляет какое-то удовольствие…

Последние слова были произнесены с таким раздражением, что я невольно съёжилась. Северус это сразу почувствовал и вопросительно посмотрел на меня:

— Ты замёрзла?

— Ну, последняя фраза сильно охладила обстановку вокруг, — попыталась пошутить я, и он тепло улыбнулся в ответ. — Северус, а откуда ты умеешь?.. Где ты изучил окклюменцию? И… получается, ты тоже владеешь легилименцией?..

— Да, владею, — усмехнулся Северус, уловив в моём голосе определённую тревогу за своё сознание. — Но ты же сама сказала, что она на тебя не действует.