В изумлении Брэндон приподнял брови. Мне казалось он готов рассмеяться мне прямо в лицо, однако одноклассник этого не сделал.

— Раньше, — констатировал он. — Мы встречались в школе и нам было хорошо вместе, — с дьявольским спокойствием произносил он, а у меня сердце обливалось кровью. — Но мы уже повзрослели. Не думала же ты, что я буду любить тебя вечно?

Внутренности сжались от слов, которые были пропитаны пронизывающим равнодушием.

— Дай мне полгода, — я перевела тему, чтобы не разреветься прямо у него на глазах. — Пожалуйста.

Брэндон бросил оценивающий взгляд на мое тело. Мужчина посмотрел на мое лицо, затем опустил глаза ниже, немного дольше задерживаясь на ногах. Холод прошелся по пояснице, парализуя мое тело.

— Что я получу взамен? — елейным тоном спросил он. Его голос прозвучал зловеще.

— О чем ты?

— Ты вторгаешься в мой дом, когда тебе заблагорассудится, — начал перечислять он, а я едва не опустила глаза признавая его правоту. — Беспокоишь моих сотрудников, — с раздражением добавил он. — Что-то требуешь от меня, диктуешь свои условия, а я должен это терпеть? Мое терпение не резиновое, Кристина. Что я получу взамен за потерянные полгода?

— У меня есть дом в Лос-Анджелесе, — обреченно выдохнула я. — Можешь забрать его.

Брэндон выпрямился и сделал один шаг навстречу мне.

— Будешь моей любовницей, — размеренным тоном произнес он так, будто сообщал о прогнозе погоды. Я чуть не потеряла сознание от неожиданности.

— Что?

— Ты плохо слышишь? — он покачал головой. — Я сказал вполне четко, — Брэндон посмотрел мне в глаза. — Будешь моей любовницей. Это равноценный обмен за мое терпение, не находишь?

Неосознанно я сделала один шаг назад, будто пыталась спрятаться и защитить себя от человека, стоящего передо мной.

— Разумеется, не навсегда, — хмыкнул он, заметив мое смятение. Он сделал недостающий шаг ко мне, восстанавливая прежнее расстояние между нами. — Пока не погасишь долг и пока я в Лос-Анджелесе. Считай, что тебе повезло, ведь я бываю здесь крайне редко.

— Я не буду, — я активно покачала головой, отворачиваясь.

— Я у тебя не спрашиваю, а утверждаю, — грубо заявил он. — Это — мое условие. Если тебя что-то не устраивает — выход сама знаешь где.

— У тебя же есть подружка, — зачем-то я вспомнила о его коллеге, проводящей с ним вечера. Глаза Брэндона незамедлительно вспыхнули.

— Моя личная жизнь тебя не касается, собственно, как и меня твоя, — добавил Брэндон. — Мне не нужны обязательства. Поэтому ты мне отлично подходишь.

Бессознательно я обняла себя за плечи, оглядываясь по сторонам, будто в этом был смысл.

— Без притворств, ты похорошела, — медленно, сделав несколько шагов в мою сторону, заговорщическим тоном проговорил он. — Ты всегда была красоткой, но женщиной стала просто ослепительной.

Никогда бы не подумала, что подобными комплиментами можно так сильно унизить. Самое ужасное — он не пытался меня задеть или оскорбить, а говорил это абсолютно искренне. И от этого хотелось лезть на стену.

— Признаюсь, в юности ты сводила меня с ума в постели, — продолжил он. — С возрастом, наверное, стала еще лучше, — нарушив всевозможные личные границы, он провел пальцем по моей руке от плеча до кисти, отчего я вздрогнула, отдернув руку как от огня.

Я не могла поверить в то, что передо мной стоял человек, которого я безумно любила всю свою жизнь. Мне было обидно, наверное, потому, что я пришла к нему, наивно полагая, что Брэндон никогда и ни за что меня не обидит. Но он стал даже хуже Мэтта.

— Зачем ты говоришь мне все это? — пискнула я, глотая слезы.

— Я говорю правду, Кристина, — сухо ответил он. — Ну так что? Мы договорились?

— Нет, — мое дыхание участилось.

— Вот и хорошо, дверь прямо за тобой, — выдохнув и отвернувшись, он отдалился от меня, возвращаясь к панорамному окну. — Я верил в твою благоразумность.

— Я проведу с тобой одну ночь, — протараторила я. Мое тело горело от испытываемого позора.

Он развернулся, и посмотрел на меня так, будто не верил своим ушам. Секунду он буравил меня взглядом.

— Нет, — цокнул он, возвращаясь ко мне. — Даже с тобой одной ночи мне будет мало.

— Три?

— Ты торгуешься со мной? — подозрительно прищурившись, спросил он, а затем снова выдохнул. — Шесть. За эти шесть месяцев ты отдашься мне шесть раз.

Заметив смятение на моем лице, он добавил:

— Уходи, Кристина. Никаких сделок у нас с тобой больше не будет.

— Я согласна, — громко произнесла я. — На шесть ночей.

Брэндон непонимающе взглянул на то, с каким остервенением я схватилась за молнию на своем платье. Его лицо стало серьезным и злым.