— Хорошо, держи меня в курсе. Я хочу знать, кому и зачем понадобились эти файлы.

Алик снова перебрал убитых бандитов и решил, что самым слабым звеном, вероятно, окажется подстилка Периджина Лекси — Адреа Халфон. Случалось, что девицы, состоявшие при парнях со связями, оказывались круче самих парней. А эта? У Алика сложилось впечатление, что она другого типа: хрупкая, зависимая. Периджин вытащил ее из сточной канавы. Он для нее был целым миром, без него она ничто. Если они с Саловицем успеют добраться до девушки раньше, чем пришлет кого–нибудь Джавид–Ли…

Алик с Саловицем прошли по южной радиалке с Манхэттена, потом через кольцо 32 вышли в хаб Манхэттенского хаба Бич–парк. Они собирались уже вызвать двухместное ап–такси, но тут снег перестал, и они пешком отправились на запад по бульвару Ориентал.

— Так вы думаете: похищение? — спросил Саловиц. — Райнер основательно потрудился, чтобы испоганить Лоренцо выходные. Той банде они нужны были в портальном доме.

— А группировка Джавида–Ли считала, что они отправились кататься на яхте и портальный дом пустует. Потому они и столкнулись в здании у Центрального парка. Только я не думаю, что это похищение.

— А что же?

— Для доступа к сети «Анака, Девиал, Мортало и Лоренцо» требуется биометрия. Кравис во плоти сильно помог бы Флавию в работе. В его снаряжении были биометрические считыватели. К тому же, захватив семью, получаешь отменный рычаг.

— Так все это ради взлома файлов?

— Возможно — что касается команды Райнера. Но это не объясняет нам, где сейчас семья Лоренцо.

На Дувр–стрит они свернули в начале четвертого. На улице не было ни малейшего движения, даже чистильщики не выехали. Под подошвами Алика хрустел толстый слой снега.

Район был приличный: при каждом доме аккуратный дворик, кое–где припаркованы лодки. Периджин жил в средней части улицы, и только в его доме горел свет.

Шагнув на ступени крылечка, Саловиц нажал кнопку звонка. Домашняя сеть запросила удостоверения личности, их альтэго представили нужные данные.

Адреа Халфон, приоткрыв дверь, боязливо выглянула в щелку. Она плакала. Заговорила тихим, перехваченным голосом:

— Да?

— Полиция Нью–Йорка, мэм, — назвался Саловиц. — Позвольте войти?

Она молча попятилась, оставив дверь открытой. Алик с Саловицем прошли за ней. Посмотрели, переглянулись, старательно сохраняя невозмутимые мины, и взглянули снова. Домашний халат Адреа представлял собой ажурную паутину черного кружева, отделанного пушистыми бордовыми перьями: этакий шедевр Шредингера — быть одетой и раздетой одновременно. Периджин подобрал ее в одном из клубов Джавида–Ли, и девица, видимо, из благодарности сохраняла тот же образ, который пленил его с первого взгляда. Увидев Адреа во плоти, Алик утвердился во мнении, что сделал правильный выбор: от нее как духами несло неуверенностью.

— У меня плохое известие, мэм, — начал Саловиц, пройдя в гостиную. Обстановка была кричащая, как и ожидал Алик. Кто–то, позаимствовавший понятия о вкусе из гонконгских виртуалок и слишком свободный в тратах и поступках, создал дом своей мечты. Все здесь било в глаза, не сочетаясь друг с другом: цвета, мебель, украшения, картины… детектив насчитал как минимум четыре разных стиля разных эпох.

Адреа кивнула — точнее, резко дернула головой. Она уже знала.

— Что такое, офицер?

— Ваш партнер Периджин Лекси. К сожалению, он найден мертвым. Мои соболезнования.

Она опустилась на пышную кушетку и потянулась за рюмкой, стоявшей на мраморном столике рядом. Успела открыть бутылку дешевого бурбона.

— Ужасно, — сказала она.

— Учитывая, как он умер, да, — согласился Алик. — Ужасно.

Она боязливо стрельнула на него глазами.

— Как?..

— Оказался в неудачном месте в неудачное время и с неподходящими людьми. Но вам ничего не известно, не так ли?

— Я не знаю, где он был этой ночью. Сказал, встречается с друзьями в баре.

— Чем он зарабатывает на жизнь?

— Менеджер в «Звездном городе».

Алик прочел подкинутый ему Шанго файлик.

— Клининговая компания, а? Работает на субподряде в Грэйвленде и Шипсхед–Бее?

— Да, та самая.

Рука ее, наливавшая в рюмку бурбон, тряслась.

— Странно, а мы его нашли в центральном районе. Грабил квартиру.

— Об этом я ничего не знаю.

— С ним был человек. Мы предполагаем, Дюн Нордон. Вы не поможете нам его опознать?

Алик подал ей карточку.