– Батюшка, к вечеру всё самое интересное закончится, я буду осторожна, волосы под платок спрячу. Со мной пойдут Крыстя и её брат. Ну пожалуйста, – девушка обняла отца. – А так я успею и представления посмотреть, и потанцевать. А вдруг я кому приглянусь, и храмовник разрешит наконец мне замуж выйти?

Кузнец перестал улыбаться.

– Знакомиться запрещаю, даже не смотри на парней…

– Папа, так ты меня отпускаешь? – девушка подпрыгнула и поцеловала отца в щёку. – Спасибо, я одеваться.

– Платье в пол, и самое скромное. И платок однотонный! – вслед убегающей дочери прокричал Кобальт.

Через несколько минут Вереника вернулась.

– Как тебе? Скромнее меня на празднике никого не будет, – она крутанулась на месте. Голову покрывал серый платок в маленький красный цветочек, платье же было длинное и тёмно-синее.

– Магию ни в коем случае не показывай! – тихо произнёс Кобальт, проверяя, хорошо ли дочь спрятала толстую косу.

– Зачем мне её показывать? – девушка с опаской посмотрела на дверь.

– Незачем. Иди, как закончу, найду тебя, – отец вложил в ладонь дочери несколько монет. – Сладости купи да украшения.

– Вереника, ты скоро? – во дворе появились Крыстя и её брат.

– Иду, иду, – девушка спрятала деньги в глубокий карман, поправила платок и выбежала из кузни.

Крыстя и её брат не были уж такими друзьями девушке, они к ней относились как к хорошей приятельнице, и лишь потому, что их отец дружил с Кобальтом с детства.

– Вот ты вырядилась, – рассмеялся молодой человек, стоящий рядом с Крыстей.

– Пришлось, – вздохнула Вереника. – Отец не хотел отпускать.

Ярмарка гудела, на площади разместились лотки со сладостями, пирожками, отдельно расположился ряд с одеждой, тканями, украшениями.

– Крыстя, смотри, какие милые серёжки, – Вереника провела пальцами по простеньким серьгам с красным камушком.

– Мне больше браслет понравился, – подружка не обратила внимания на серьги. – Сколько стоит? – поинтересовалась та у продавца.

– Он дорогой, один серебряный, из-за камней, – ответил тот.

– Купи, пожалуйста, – она обратилась к брату. Отец именно ему отдал деньги.

– У нас останется тогда серебряный, а я хотел нож присмотреть, – но, увидев слёзы в глазах сестры, сдался.

– Ты не волнуйся, хватит тебе на нож, даже на очень приличный, – девушка с улыбкой рассматривала украшение на своём запястье.

– Тогда на сладости не хватит, – ответил брат, и они свернули в оружейный ряд.

– Я вас угощу, – Вереника была в хорошем настроении, ей очень нравилось, что она не одна гуляет по ярмарке или с отцом.

В этот момент девушка чувствовала себя совершенно обычной, как все. Приезжие лишь мельком кидали на неё взгляды и шли дальше, не подозревая, что она чужестранка.

– Вереника, ты золото, – Крыстя с улыбкой сжала ладонь подруги.

– Да что там, – засмущалась та и покраснела.

– Мы с тобой не будем заходить в лавку, там кожей пахнет, – отмахнулась от брата Крыстя, тот же, словно их не слыша, уже скрылся внутри. – Пойдем посмотрим, как из лука стреляют? Там такие молодцы выступают. Я недавно слышала, что даже из города приедут соревноваться. Приз обещают, знаешь какой?

– Какой?

– Лук, которым были убиты сотни оборотней в последней войне с соседями, – оглядываясь, тихо прошептала Крыстя.

– Давай твоего брата дождёмся, – несмело произнесла девушка. Ей хотелось посмотреть на стрельбу из лука, но она опасалась идти одна с Крыстей в толпу незнакомых людей.

– Да не бойся! Никто тебя не узнает, там столько народа, и все смотрят состязания, – девушка схватила Веренику за руку и потащила за собой. – Встанем тут, – она работала локтями, чтобы пробиться к деревянным трибунам. Народ ворчал на наглую девицу, но пропускал.

– Твой брат нас не найдёт, – попыталась вразумить девушку Вереника, но та воскликнула:

– Смотри, свободные места!

У входа на арену словно по заказу освободилось два места, куда пробивная Крыстя быстро направилась.

– Плохо видно, но это лучше, чем стоять в толпе.

Мимо проходили лучники, их приветствовали на главной трибуне, называя по именам, практически никого девушки из участников не знали, кроме сына купца Стержа, за которого храмовник отказался отдавать девушку.