Холл заполняется красноармейцами уже в уставной форме. Никто никуда не спешит. Пару солдат, выходящих из коридора, принимают быстро и без особого шума.

— Ауфштейн! — командует «унтер» караульному и забирает с собой всех «немцев». Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Пока он понял только то, что оружейная и штаб находятся на втором этаже.

— Вас ист… — успевает произнести вышедший из какой-то двери немецкий майор, когда ему в живот упирается ствол карабина. Вообще-то так делать нельзя, но параллельно на майора смотрит ещё пара стволов, так что не дёрнешься.

«Унтер» задумчиво оглядывает дверь, на которой табличка с надписью «Учительская». Они находятся в отдельном холле, куда выходит несколько дверей. Из бокового крыла чуть снизу, они только что преодолели лесенку в несколько ступеней, доносятся выстрелы.

— Выволакивайте остальных, — командует «унтер», обезоружив майора. В «Учительскую» заскакивает несколько человек в форме РККА. «Немцев» «унтер» придерживает.

— Сейчас ты прикажешь своим солдатам сдаться…

— Найн! — раздражённо выкрикивает майор и валится на пол от удара в челюсть.

«Унтер» и несколько «немцев» лениво, но чувствительно и с крайней жестокостью избивают ногами возящегося на полу майора. На виду у выводимых из «учительской» штабных офицеров. По их глазам «унтер» вычисляет самого напуганного и уводит. Можно считать, что сопротивление сломлено.

Через четверть часа весь наличный состав батальона, — половина на точках охраны, — выводится на площадь. Их гонят в сторону КПП. А так как это солдаты пока побеждающей армии, то руки им связали за спиной. Бережёного бог бережёт.

30 июня, понедельник, время 12:20

г. Меркине, Литва. Мост через Неман.

«Фельдфебель» из охраны моста, опёршись задом на перила, флегматично наблюдает за тремя ползущими по мосту танками. Впереди бронемашина. Начальство? Сейчас узнаем. Пока надо отделение куда-то спешащих солдат пропустить. Шлагбаум поднимается. «Фельдфебель», а на самом деле лейтенант диверсионной роты кратко инструктирует о чём-то солдат и отправляет на ту сторону.

Как остановить танки, не имея противотанковых средств? Неопытный трус с ходу скажет: невозможно. Глупости. Если напасть неожиданно, то за горло можно взять и дракона.

Отделение солдат растягивается, особо строй не соблюдает. Весело перекрикиваются с танкистами. На остановившихся перед шлагбаумом танках открыты все люки. Жарко. Когда первые достигают последнего танка Т-IV, трое из них запрыгивают на танк. Сидящий в люке на башне оглушённый танкист вылетает на дорогу, туда запрыгивает пехотинец. То же самое происходит с другими. Раздаётся очередь танкового пулемёта. Применить оружие успевает второй экипаж, обливающегося кровью пехотинца уносят, дерзкого танкиста вытаскивают из танка, добавляют по голове и сбрасывают с моста.

— Шнеля, шнеля, шнеля! — лейтенант Фирсов не находит нужным переходить на русский язык. И так все понимают. Теперь надо всё делать быстро.

Последний танк разворачивается и ползёт обратно, время от времени стреляя по охране противоположного конца моста. Останавливается, пройдя две трети. За ним уже суетятся сапёры, лихорадочно работая ломами, кирками и кувалдой. Минировать сверху тягомотнее, но снизу не подлезешь, подстрелят. Танк маневрирует через четверть часа. Остальные два танка время от времени обстреливают противоположный берег.

Ещё через полчаса Т-IV осторожно ползёт задом обратно. Между двух фугасных закладок, от которых тянутся провода. Когда танк выползает на берег, лейтенант отдаёт две команды с паузой между ними.

— Все в укрытие! — танки задраивают люки, солдаты прячутся в окопах.

— Давай! — это сапёру с подрывной машинкой. Тот резко крутит ручку, и земля вздрагивает от двойного взрыва двадцатипятикилограммовых фугасов. Нитка моста разрывается, один пролёт, сломаный посередине, обрушивается в воду.

В течение полудня, под прикрытием танков, бойцы спешно дооборудуют позиции для обороны со стороны моста.

30 июня, понедельник, время 13:35

г. Друскининкай, Литва.

Комдив-85, полковник Бондовский, досадливо кусал губы. Город хоть шумно и при поддержке авиации, ударившей по подходящим с той стороны немецким подкреплениям, взять удалось легко. С ходу ворвались сразу с трёх сторон, успели блокировать в казармах один батальон, а вот второй занял удобные позиции на берегу вокруг небольшого старинного костела.