Шрифт:
— Риггса ко мне! — рыкнул Даймер-старший в суб-кольцо.
— Мы уходим, — Мэт подхватил меня за талию и, не слушая отцовских окриков, быстро вывел за дверь.
В холле было пусто.
— Риггс — это начальник службы безопасности, — тихо говорил Мэт, увлекая меня к лифту. — На самом деле я не могу задержать Эда без санкции прокурора, разве что за нападение на полицейского. Но учитывая, что мы братья… в некотором роде… а это башня Даймеров…
Он не стал продолжать, но и так было ясно, что без поддержки армии, авиации и флота забрать Эдмунда не удастся. Самим бы ноги унести.
Лифт пришёл почти мгновенно. Видимо, им пользовались только члены семьи.
— Не знаю, почему, но мне кажется, Эдмунд сын Вечи Талхара, — сказала я. — Они даже похожи.
Теперь это казалось очевидным. То же скуластое лицо, жгучие глаза, широкие крылья носа — дикий чурильский огонь в золочёной оправе эльфийского шарма.
Но красавица Белинда и бочонок Вечи?..
Шок схлынул, меня начала бить дрожь. А ещё остро захотелось на улицу — вдохнуть снежной свежести в надежде очистить мысли и избавиться от ощущения липкой грязи в душе.
Я заставила себя посмотреть на мужа. В его глазах были лишь озабоченность и тревога, но это пока он на нервах, пока не задумался о том, что услышал…
— Мэт, я должна сказать, — горло сдавило. — Всё, что он говорил, неправда. Я никогда…
— Что? Конечно, ты никогда! — Мэт прижал меня к себе и коснулся губами скулы. — Неужели боишься, что я поверю бредням Эда? Выбрось из головы!
— Прости, — я уткнулась лбом ему в шею, вдыхая родной запах — его собственный и его аним.
— Это ты меня прости. Знал же, что веду тебя в змеиное гнездо, но не думал, что дойдёт до такого.
Двери лифта открылись, Мэт выглянул наружу и потянул меня за собой. В гараже никого не было, "мурена" стояла на месте.
— Мишель, — сказал Мэт в суб-кольцо и нахмурился. — Связи нет.
— Потому что мы под землёй?
— Скорее всего.
Но сам Мэт, похоже, в это не верил.
Он открыл мне дверцу машины, почему-то заднюю.
— Ложись на сидение и не поднимайся, пока я не вернусь.
— А ты?
— Наверх. Отцу грозит опасность, я видел…
— Я с тобой.
— Тогда у меня будут связаны руки. Симона, прошу. Мне надо знать, что ты в безопасности.
Я забралась в "мурену", поджала ноги и, пристроив под голову клатч, закрыла глаза. К чему эти предосторожности, кто станет меня выслеживать? Но если Мэту так спокойнее — пусть. Даже хорошо, что мы не на "кугуаре". В спортивном купе сзади тесно, а здесь почти как на диване у нас в гостиной, только вида на город не хватает…
Я лежала, вдыхая запах кожаных кресел, и думала о том, что не поцеловала Мэта на прощание.
Глава 29. Отец и сын
Прошло полчаса. В гараже было тихо, как в мавзолее. Казалось, пролети за окном комар, будет слышно. Я беспокойно ёрзала, убеждая себя, что с Мэтом не случится ничего плохого. Мой феникс защитит его, надо желать этого всей душой, верить и ждать.
Но много бы проку было от моего феникса, не вытащи я Мэта из готового вспыхнуть авто?
Эта мысль заставила резко сесть и спустить ноги на пол.
Прости, Мэт, я должна что-то сделать.
В гараже было двое ворот и одна дверь, все заперты. Ни ручек, за которые можно взяться, ни кнопок, на которые можно надавить, ни рычагов, за которые можно потянуть. И это только внутренний выход-выезд. А есть ещё внешний, ведущий непосредственно на улицу, и он тоже наверняка на замке.
Но допустим, я выбралась. Что дальше? Личного ком-кода друга и начальника Мэта у меня нет. Вызову полицию, а Мерсер Даймер отошлёт. Кого послушают?
Так или иначе, наружу мне не выйти. Зато обратно в башню путь открыт.
Лифт примчался на зов послушным псом и принял меня с распростёртыми объятьями. То есть дверьми. Кнопок на его панели было как пунктов в нашем с Мэтом брачном договоре. Попробуй догадайся, какую из них нажимал гидра-кентавр Якуб.
Присмотревшись, я заметила, что две кнопки — "102" и "112" — выделены бледно-оранжевыми ободками. Подумала и выбрала ту, что пониже.
Добрые силы. Пониже — это сто второй этаж?
Подъём казался бесконечным. Куда бы я ни повернулась, зеркала отражали бледное напряжённое лицо и глаза, пылающие заревом неведомых пожарищ.
Сто один, сто два… Двери раскрылись в знакомый холл.
Он был пуст. Хорошо, но странно. Это же башня концерна — родовой замок, неприступная твердыня. Стен с кольями и рва с крокодилами простым глазом не видно, но они есть, тут и сомневаться нечего. Так почему колья не колются, а крокодилы не кусаются, и где верная стража с бердышами наголо?