— Лин, прошу, давай закроем тему? Я же сказал, что не злюсь. Нет смысла продолжать, — Андрей тяжело вздыхает, бросив на меня усталый взгляд. — Не придумывай лишнего и не делай себе оценку от моего лица.

— Ну, я же вижу, что ты недоволен. Просто хочу продолжать общаться, словно ничего такого не произошло. Ты ведь не будешь теперь меня избегать?

Андрей иронично выгибает бровь и усмехается.

— Представляешь меня крадущимся на цыпочках мимо твоей спальни в страхе, что ты вдруг выйдешь, и мы столкнёмся?

Его аналогия с моим недавним поведением, когда я боялась выйти из спальни, заставляет меня покраснеть. Ну вот, кажется, прежняя трусливая и вечно краснеющая Лин окончательно вернулась в своё тело.

*****

— Нет. Не так. Вовсе нет, — качаю головой и невольно улыбаюсь, пряча раскрасневшееся лицо за мокрыми прядями волос.

Действительно трудно представить Андрея крадущимся и боящимся столкнуться со мной. К тому же я совсем не это имела в виду.

— Я просто не хочу, чтобы мы прекратили общаться. Чтобы ты теперь делал вид, что мы незнакомы.

— Сложно делать вид, что мы незнакомы, учитывая то, что мы живём вместе, пусть и по необходимости. Расслабься, Лин. Я не собираюсь игнорировать твоё присутствие. Та тема, которую ты затронула, сама по себе болезненная для меня, поэтому я так отреагировал. Ты здесь не при чём. Так что не заморачивайся.

Кивнув, я немного успокаиваюсь, откидываю голову на спинку сиденья и устремляю взгляд на дорогу. Мужчину стараюсь не беспокоить больше своей болтовней. Я благодарна ему, что он объяснил мне причины своего поведения, и фактически снял с меня вину за произошедшее. Не то чтобы я перестала её теперь ощущать, просто немного полегчало. Всё же мне не нравится обижать людей и намеренно причинять им боль.

Почти всю оставшуюся дорогу мы едем молча. Лишь под конец я не выдерживаю молчания и снова завожу разговор.

— Сколько тебе лет?

— Тридцать семь.

— Давно ты работаешь в полиции?

— Как с армии пришёл.

— У тебя есть дети?

— Нет.

— А долго ты был женат?

— Пять лет.

— А почему детей не завели?

Андрей вздыхает и вновь поворачивается ко мне, припарковав машину недалеко от дома, где мы теперь живём.

— Так и не терпится разузнать обо мне побольше, Лин?

— Ну. Это же естественно. Я мало о тебе знаю, но хочу узнать, вот и спрашиваю. Вроде я вполне обычные вопросы задаю, разве нет?

Мужчина не отвечает. Только смотрит пристально.

— Что плохого я спросила? Это обычное любопытство. Конечно, если не хочешь, то можешь не отвечать. Твоё право.

— Мы с женой собирались завести детей. Это было в планах. Просто мы очень серьёзно относились в этому решению. В итоге, не успели.

— Не успели, потому что... развелись? Она ушла?

Снова его взгляд наполняется напряжением и болью.

— Не успели, потому что она умерла, Лин, — тихо отвечает Андрей.

А меня будто ведром ледяной воды окатывает.

Умерла.

Его жена умерла.

И та женщина, на которую я похожа, тоже умерла. Получается, что я похожа... на его жену?

Вроде бы логично. Я и раньше могла предположить подобное, но почему-то не предположила, и сейчас, когда Андрей сам сказал об этом, мне почему-то становится жутко и тошно.

Насколько сильно я напоминаю ему ту, кого он любил, с кем собирался завести детей и, возможно, прожить всю жизнь?

Точно ли я всё правильно понимаю?

— Это на неё я похожа? — спрашиваю дрожащим голосом, потому что не уверена, что имею право на этот вопрос.

— Да.

— Сильно?

Пожалуйста, скажи, что не сильно. Скажи, что я лишь отчасти её напоминаю.

— Только внешне, — отрезает Андрей. — Во всём остальном, Аня была совсем другая. Идём, Лин.

Мужчина выходит из машины, а я какое-то время сижу в оцепенении. Его сравнение было явно не в мою пользу. Во всяком случае, мне так показалось.

Не понимаю, почему это вызывает неприятное чувство внутри?

Не хотите же вы сказать, что я ревную?

Бред какой! Вот ещё! Это глупо, и не может такого быть...

Выбираюсь из авто вслед за Андреем. Отцовской охраны вокруг не вижу, что к лучшему, учитывая то, как я сейчас выгляжу — в одной мужской рубашке, с мокрым сарафаном в руках, а Андрей вообще в одних штанах и всё.

В голове не прекращают толкаться мысли о его словах о нашем сходстве с женой. Мы похожи только внешне. А по характеру какой она была? Эта Аня. Имя-то какое... Обычное. Я думала, её звали Региной или Маленой. А она была просто Аней. И чего же такого нет во мне, что было в ней? Да как он вообще пришёл к столь странному выводу, ведь мы толком не знаем друг друга? Что он может сказать обо мне в принципе? Я — чужой ему человек! Какие бы справки он обо мне не наводил, реальную меня он знает совсем ничего!