– Хмм, - прошептала Памела.
– Мята. Я чувствую запах перечной мяты.

– Масло мяты полезно как для кожи, так и для пищеварения. Вот... дай мне знать, если будет щипать.

– Нет... прекрасно...

"Это рай,– подумала Памела.
– После ада прошлой ночи сегодня я в раю. Этот массаж ног действительно не от мира сего". Масло остудило ее пылающие ноги. Жжение оставило ссадины. Ощущение благополучия распространилось по ее телу, снимая напряжение в мышцах спины и лица. Она чувствовала себя как резиновая лента, скрученная так туго, что превратилась в тугой узел. Теперь напряжение уходило, мышцы расслаблялись.

И все это время нежные пальцы Ники скользили от ахиллова сухожилия Памелы вдоль ее пятки к своду подошвы, к подушечке стопы, а затем разглаживали боль в пальцах.

Памела закрыла глаза. Скользящие прикосновения усыпляли ее. Пару раз ее руки дернулись, но Ники мягко заверила ее, что она в безопасности, что все будет хорошо. И все это время прохладные скользкие пальцы ласкали ее ноги. В воздухе витал аромат мяты. Покалывающая свежесть проникала через ноздри в кровь.

В голове Памелы пронесся шквал сновидений. Дом. Джим сидит на качелях на крыльце. Родни, падающий в яму. Шарп за рулем автобуса. Манекены, сидящие на своих местах. Старожил Хэнк. Памела снова входила в кафе. На этот раз она внимательнее присмотрелась к обедающим в своих кабинках. Все они были магазинными манекенами. Несмотря на это, их пластмассовые головы повернулись на жестких шеях, чтобы уставиться на нее. Она посмотрела на Ники и Лорен. Они тоже превратились в манекены. На Лорен было ее платье в стиле хиппи, а на фигуре Ники - белая рубашка и красные шорты. Во сне Шарп навис над ней. Она видела себя отраженной в его солнцезащитных очках.

– Они все пришли как обычные люди. Но все они стали пластиковыми.
– Он ухмыльнулся.
– То же самое происходит и с тобой. Как твои жесткие маленькие ножки?

Памела посмотрела вниз и увидела, что ее ступни превратились в кремовый пластик манекена со сросшимися пальцами.

Она резко открыла глаза. В трейлере было почти темно. В воздухе пахло мятой. Ее ступни все еще массировали, только...

Только теперь по-другому. Приподняв голову, Памела оглядела свое тело. Ники все еще стояла на коленях у дивана. Она сняла рубашку. Держа ноги Памелы за лодыжки, она терлась своими большими мягкими грудями о подошвы ног другой девушки. Соски были твердыми, как кончики пальцев.

Ники распустила волосы. Они рассыпалась белокурыми волнами по ее обнаженной спине. Ее лицо было поднято к потолку, глаза закрыты. Она стонала от удовольствия.

"Должно быть, мне это снится,– сказала себе Памела.
– Ники не может тереться голой грудью о мои ноги. В этом нет никакого смысла. Я сплю".

Она заставила себя закрыть глаза, повторяя про себя: "Это сон. Я сплю. Мне это снится..."

Глава 17

Норман вел машину. Он не знал, куда едет... Куда, БЛЯДЬ, он едет.

Нужно было просто ехать. Убираться. Валить отсюда.

– Норман?

– Заткнись!

– Эй, - Дюк казался обиженным.
– Я только хотел...

– Заткнись!

– Норми, Норми, - проворковала Бутс.
– Надо включить фары, Норми. Слишком темно, чтобы так ехать.

"Фары! Да, фары - это хорошо, но..."

Внезапно Норман заорал.

– Зачем вы убили тех двух парней? Господи Иисусе Христе! Бутс, ты только что... только что задушила парня.

– Да, задушила, сидя на нем голой задницей, - усмехнулся Дюк.
– Но ведь есть и худшие способы покинуть мир.

– А ты, Дюк!

– Норми, притормози-ка чутка.

"Не собираюсь притормаживать. Никогда не приторможу. Но какого хрена я делаю с этими двумя убийцами в машине? Надо было оставить их в мотеле, чтобы они дождались копов. А не ехать с этой жуткой парочкой, которая в итоге встретится со Старной Разрядом[26].

Вот дерьмо!

Вытащи их из машины, Норман. Вышвырни их!"

– Это нечестно, Норман.
– Дюк развернул жвачку.
– Конечно, Бутс задушила извращенца. Конечно, я ударил старика ножом. Но ты, Норман, дружище, ты пнул его ногой в ореховое гнездо.

"Ореховое гнездо? Ореховое гнездо!"

– Включи огни.
– Бутс сидела сзади и поглаживала плечо Нормана, пока тот вел машину.

Норман не видел темную дорогу в полуночи, он видел только мир, залитый ярко-красной кровью. "Ореховое гнездо! Я не пинал его по яйцам. Я ударил его ногой в... тьфу...

О нет.

Да, пнул. Но это ведь не убийство".

– Конечно, ты пнул его, - голос Дюка звучал спокойно.
– Но ты же помогал своим приятелям. Давай-ка я включу тебе фары. Мы же не хотим врезаться в дерево, правда?

– Куда ты нас везешь, Норман?
– проворковала Бутс.

"К копам!" Именно эти слова хотелось ему выкрикнуть. Но он должен быть хитрее. Найти полицейский участок. Придумать какое-нибудь оправдание. Проскочить внутрь. Сказать первому попавшемуся полицейскому: "Эй, у меня в машине два убийцы". В этом есть смысл, не так ли? Избавиться от этих двух недоумков. Черт, он даже может получить награду за героизм. Норман уже видел заголовки в газете своего родного города.