– Как хочешь.
– Потом она принялась за Нормана.

Норман вел машину. Ночь была беззвездной. Вокруг только чернота.

Пустота.

Внутри него происходило что-то странное. Он чувствовал, как оно поднимается по животу в грудь. Затем оно вырвалось изо рта, он сжал кулаки на изгибе рулевого колеса.

– Норман?
– Дюк посмотрел на него с пассажирского сиденья.

– Ты в порядке?
– спросила Бутс с заднего сиденья. В ее голосе звучала тревога.

Звук, исходящий из его рта, становился все громче... ГРОМЧЕ...

Звук был ужасный. Электризующий. Какая-то его часть отшатнулась в ужасе.

Затем он понял, что это было. Он кричал. Настоящий ковбойский йодль. Чистое возбуждение.

Ликование.

– Я–ху!– крикнул он.
– Мы сделали это! Мы действительно сделали это!

– Да, - озадаченно произнес Дюк.
– Мы сделали это, Норм.

Норман снова закричал, и это перешло в смех, которым он никогда раньше не смеялся. Полнокровный мужской смех. Смех, который принадлежал футбольным звездам, лесорубам, дюжим морпехам, профессиональным борцам... Мачо, мачо, мачо.

– Я - МУЖИК!

Бутс и Дюк, должно быть, уставились на него, гадая, не сошел ли он с ума.

– Я - МУЖИК!

– Никогда в этом не сомневался, - сказал Дюк.

– Сегодня вечером впервые: Я трахнул женщину. Я убил двоих.
– Норман снова закричал в открытое водительское окно. Он чувствовал себя сильнее Супермена. Круче, чем Джеймс Дин. Злее сатаны. Симпатичнее, чем Джонни Депп.
– Я - КОРОЛЬ МИРА!

Он нажал на педаль газа. Машина с ревом рванула в ночь. Навстречу тому, что ждало его завтра.

Глава 19

Памела проснулась на следующее утро, чувствуя себя полной жизни. Радиочасы сообщили ей, что уже 10:34.

Проспала допоздна.

Но сон ведь лечит.

Мало того, что ее ноги перестали болеть, она чувствовала себя обновленной эмоционально. Памела знала, что ее муж умер, она стала вдовой в двадцать три года, но больше не верила, что сойдет с ума от горя. Она не была защищена от него, но сейчас было самое время начать с ним справляться.

Трейлер Мосби прекрасно выглядел в ярком калифорнийском солнечном свете, льющемся в окна. Чистый, уютно обставленный, он излучал домашнее очарование. Памела подошла к шкафу. Вместо одежды старика (Мосби, несомненно, был тем самым стариком, изображенным с марлином), в нем были футболки ярких цветов - красные, синие, зеленые, лимонные. Кроме того, на полке лежали чистые шорты, аккуратно сложенные. И новое нижнее белье тоже.

Лорен или Ники, должно быть, положили их туда... Ники! Памела вдруг вспомнила прошлую ночь, когда Ники втирала масло ей в ступни. Она вспомнила, как гладкие пальцы женщины успокаивали ее поврежденную кожу. Потом она заснула и, проснувшись, увидела, как Ники трется голой грудью о её ноги.

"Что я скажу, когда увижу Ники? Как мне смотреть ей в глаза?

Ничего не говори.

Тебе это приснилось.

Наверняка приснилось.

Посмотри правде в глаза. Ты была измотана. Тебя чуть не убили. Джима убил психопат Родни. Ты все перепутала. Не могла отличить сна от реальности. Признайся, девочка, в таких обстоятельствах кто бы смог?"

Она быстро приняла душ, воспользовавшись фруктовым шампунем, который чудесно пах клубникой. Затем она надела лимонную футболку и белые шорты. Тот, кто предусмотрительно снабдил ее одеждой, также оставил пару сандалий в глубине шкафа. Они были разных размеров, но в конце концов она выбрала изящные коричневые кожаные сандалии с перекрещивающимися ремешками. Они подошли просто идеально.

"Прямо как Златовласка и три медведя,– подумала Памела.
– Теперь все, что мне нужно найти, – это три миски каши - одну слишком соленую, другую слишком сладкую и одну в самый раз". Некоторое время она провела перед зеркалом, проводя расческой по волосам. Серебряная, с пробой и изящно выгравированными на обороте инициалами CJ. Расческа была настолько приятной на ощупь, что она провела ею по волосам больше раз, чем обычно. Свет, проникавший в окно, заставлял ее волосы блестеть, как золото.

"Я не должна так хорошо выглядеть.

Не должна чувствовать себя так хорошо.

Не тогда, когда Джим лежит в мешке для трупов в морге. Если после пожара осталось тело. Если от него не остался только..."

Прежде чем на нее обрушилось цунами слез, Памела бегом покинула трейлер.

Она тут же увидела Хэнка.

Он приветствовал ее и приподнял свою богато испачканную шляпу.

– Доброе утро, мэм. Я думаю, что т, возможно, спешишь увидеть мою машину смерти Диллинджера, но мне сказали, чтобы я направил тебя в ту сторону.
– Он кивнул в сторону кафе.
– Там тебя ждет вкусная еда.