— Ты что уже все? — в голосе Люси звучит обида.

Глава 7. Агата

Я выхожу из душа, на ходу вытирая мокрые волосы полотенцем. Не знаю насколько здравой была идея пойти в зал перед первым рабочим днем, но утром я все еще злилась после вчерашнего инцидента и решила снять напряжение. А самый верный способ это сделать — убойная часовая тренировка на ягодицы.

Судя по часам, в запасе у меня еще есть полтора часа, поэтому я неспешно укладываю волосы и крашусь. Ноги гудят, но это здорово отвлекает меня от неприятных мыслей, которые бесконечным роем кружатся в моей голове. Было бы куда проще если бы я понимала причину неприязни Ильи который явно невзлюбил меня с первого взгляда. Конечно, это не то, что может вынудить меня отказаться от работы в “Есенине”, но с этим придется что-то делать. Может быль Илья банальный шовинист, но тогда управляющий из него так себе. В конце концов, я отличный шеф-повар, вчера они в этом убедились. Так что максимум профессионализма, минимум контакта и все будет отлично.

Погода в Питере похожа на пубертатного подростка. Она изменчива, истерична и непредсказуема. После недели непрекращающихся дождей, сегодня во всю светит солнце. Обманчиво яркое, но все еще по-зимнему холодное. Я накидываю кашемировый шарф на голову и, огибая лужи, иду к машине. Пока мотор прогревается переключаю радиостанции, в поисках приличной музыки и останавливаюсь, услышав знакомый мотив. Отлично, «Brand New Day» от Ryan Star то, что надо для этого утра.

Дорога до ресторана занимает меньше времени, чем я ожидала, и уже в половине девятого я паркую машину на стоянке для персонала, между оранжевым камаро и чёрным майбахом. Готова спорить на свою новую работу, что шевроле принадлежит Илье. Пафосно и вызывающе — в его стиле.

Я иду по коридору к служебным помещениям, раздумывая насколько могу усугубить и без того сложные отношения с Ильей, если сейчас пойду в кабинет к Марку, а не к нему. Михельсон четко дал понять, что мой непосредственный начальник — управляющий, но мне по-детски очень хочется спрятаться от него и исключить контакт, насколько это возможно. Все же принимаю взрослое решение и направляюсь к кабинету Ильи, когда вижу в конце коридора Марка. Он выглядит раздраженным, его брови сведены на переносице, губы плотно сжаты. Все внимание Марка направлено на телефон, в котором он яростно что-то набирает, поэтому и не замечает меня. Я раздумываю лишь секунду и, поддавшись искушению, рассматриваю его, замедляя шаг. Он высокий и широкоплечий. Русые волосы небрежно взлохмачены. Сегодня на Марке клетчатые брюки и горчичная водолазка, отлично подчеркивающая его плечи и накаченные бицепсы. Расслабленный стиль большого бизнесмена. Ловлю себя на мысли, что каждый раз Марк одет стильно и со вкусом. Интересно, ему девушка помогает с выбором одежды? Почему-то от этих мыслей мне становится неуютно. Марк, словно ощутив мой пристальный взгляд, поднимает глаза от смартфона и смотрит на меня. Я поймана им и чувствую как начинают пылать мои щеки. Надеюсь ему не видно предательского румянца, но Марк выглядит озадаченным. Я не понимаю, что вызвало такую реакцию — я или что-то в его телефоне. Поборов смущение, я улыбаюсь мужчине и выдавливаю из себя:

— Доброе утро, Марк Давидович.

Он все еще задумчиво смотрит на меня.

— Доброе, Агата. И, пожалуйста, просто Марк.

Я киваю и делаю шаг в сторону кабинета управляющего.

— Вы к Илье?

Мне кажется, что это очевидно, но я останавливаюсь, киваю и для чего-то уточняю:

— Я планирую обсудить с ним свой график.

Мужчина ничего не отвечает, поэтому я делаю последний шаг в сторону двери, стучу и, не, дожидаясь приглашения, вхожу, словно подгоняемая взглядом Марка, стоящего у меня за спиной.

— Доброе утро, Илья… — я делаю паузу и мужчина правильно ее истолковывает.

— Владимирович, но думаю мы обойдемся без отчества, — он криво улыбается и кивком указывает мне на стул.

Кабинет Ильи меньше, чем Марка и выглядит его бледной копией. У Михельсона светло, просторно, дорого и заметен вкус владельца. Здесь же скорее тесно и неуютно. Мебели немного: не по размеру массивный стол, маскирующийся под дерево, пара стульев перед ним и небольшой платяной шкаф. За спиной Ильи как и у Марка располагается окно, только выходит оно на зону приемки продуктов. Я сажусь и вся моя утренняя неуверенность тут же растворяется. Я знаю чего хочу и что мне надо делать, чтобы этого добиться. И начальник, который меня не любит не сможет мне помешать. Я беру себя в руки и приступаю к обсуждению интересующих меня вопросов.

— Я хочу сразу сформировать график на первые пару недель. Для начала, мне будет нужно ознакомиться с меню и под этим я подразумеваю личное приготовление всех блюд. Если вы хотите, чтобы я работала с меню Жака, тогда это то, что мне надо сделать в первую очередь. Еще мне необходимо познакомиться с персоналом кухни. Изучить их анкеты и расстановку по позициям, в идеале лично понаблюдать за работой. Я так понимаю су-шеф достаточно сильный и пока я буду принимать дела, вполне может первое время разделять со мной управление кухней.

В ответ на мои слова Илья поднимает бровь. Видимо, он не ожидал, что я настроена так решительно. Но управляющий смахивает со лба прядь волос, кивает мне и первый рабочий день шеф-повара Лушкевич официально начинается.

За час мы обсуждаем все вопросы, которые посчитали важными для нашего сотрудничества. Я жду, что Илья будет настроен враждебно, но, на удивление, он вежлив и конструктивен. Даже в тех моментах где наши мнения расходятся удается прийти к компромиссу.

Когда, спустя полтора часа, я стою посреди кухни шефа, все мои опасения кажутся надуманными. С восхищением я оглядываю святая святых шеф-повара. Все идеально и с точки зрения чистоты и с точки зрения удобства. Я провожу рукой по столу из нержавеющей стали и позволяю себе недолго насладиться триумфом, а затем приступаю к выполнению намеченных задач.

День проносится стремительно. Я успеваю приготовить два основных блюда, три салата и десерт. Меню Жака, без сомнения, восхитительно, но все равно в некоторых рецептах, я подмечаю, что бы мне хотелось изменить в подаче или самом приготовлении. Не знаю насколько Марк разбирается в готовке, но думаю, что за свою точку зрения мне придется с ним повоевать.

Между готовкой и дегустация мы обсуждаем с Андреем персонал, схему взаимодействия с залом и меню. Мне интересно его мнения о блюдах, и я с удовлетворением отмечаю, что наши взгляды на него во многом схожи. Под конец дня я ощущаю приятную усталость. Нигде я не чувствую себя настолько на своем месте как на кухне. Уже в детстве я тянулась к поварешкам и кастрюлям и пока мои сверстники увлеченно ковыряли лопаткой в песке, я старательно нарезала поленья из огурцов в салат и, разбрызгивая, липкую жижу по всей кухне, мешала тесто на блины. Если бы не терпение моей мамы, все могло бы закончиться уже тогда, но она поощряла меня и, ласково вздыхая, вытирала стены, украшенные разноцветными пятнами от моей готовки. Когда встал вопрос о будущей профессии выбор был очевиден для всех. Верка, к тому моменту решившая, что без нее я пропаду и какой-нибудь очередной хулиган непременно меня обидит, пошла учиться вместе со мной. Она не была фанатом кулинарии, но по всей видимости, кто-то сверху щедро отсыпал ей талант. Потому что щей и голубцов вкуснее чем у Веры я за всю жизнь ни у кого не пробовала. Я же упорно и методично училась. И сейчас также методично двигаюсь к цели.